ЭВОЛЮЦИЯ (от лат. evolutio – развёртывание) – один из двух основных типов развития (наряду с революцией) в природе и в обществе. Понятие эволюция употребляется в науках об обществе, чтобы подчеркнуть отличительную особенность того типа развития, который исключает (в принципе или по крайней мере в течение длительного исторического периода) скачкообразные (революционные) перемены в общественном устройстве (См. Революция; Революция социальная).

Вульгаризированные трактовки исторического процесса тяготеют к излишне прямолинейному пониманию соотношения эволюции и революции. Эволюция сводится к непрерывным, длительным и постепенным количественным изменениям, а революция ─ к скачкообразным и притом коренным и качественным изменениям. Эволюция якобы готовит почву для революции, подготавливает революцию, а революция венчает эволюцию и открывает для эволюции качественно новое историческое пространство (историческое поприще).

В реальной жизни такой абсолютизации исторических функций эволюции и революции не существует. Поэтому излишний схематизм в понимании их взаимодействия (соотношения) препятствует, с одной стороны, исторической аккуратности революционных преобразований, а с другой ─ питает излишний консерватизм в управлении общественными процессами, тормозит назревшую и необходимую реформаторскую деятельность.

Эволюция как тип развития не исключает постепенных качественных изменений. Просто для таких изменений требуются гениальные реформаторы и особенная политическая культура реформируемого общества. В реальной жизни (особенно в эксплуататорском обществе) подобные предпосылки эволюционного прогресса имеются не часто. Однако можно указать примеры качественных эволюционных переустройств отдельных сфер современных обществ или даже общественного порядка в целом. Например, столыпинская реформа успешно преобразовывала аграрную сферу Российской империи (См. Столыпинские реформы). А эволюционное преобразование капитализма 19 века в монополистический капитализм (империализм) путём слияния банковского и промышленного капиталов (путём образования финансового капитала) было коренным качественным преобразованием экономического строя (См. Империализм). Современная глобализация капитализма тоже может быть рассмотрена как эволюционная трансформация (См. Глобализация капитализма).

Процессы эволюционных качественных перемен могут трактоваться как «постепенная революция», ибо результаты таких процессов схожи с результатами революций.

Понятие «эволюция» нередко используется для маскировки отсталых и контрреволюционных общественных позиций. Часто сторонниками эволюции называют себя консерваторы и реакционеры, путая понятия «эволюция», «стабильность», «сохранение статус-кво» и даже «сохранение статус-кво любой ценой».

Необходимо помнить, что как революция, так и эволюция (будучи типами общественного развития) являются политическими процессами, то есть совершаются посредством взаимоотношения социальных сил и подчиняются основному закону общественного движения ─ закону соотношения социальных сил (См. Силы социальные).

ЭКЛЕКТИКА – манера составления текстов (контентов), страдающих методологической бессвязностью, соединением в один набор (коллекцию) фрагментов разных истин, внутренне не увязанных утверждений, деклараций и суждений. Житейские наименования эклектики – «сумятица в мозгах»; «каша в голове»», «путаница в мыслях». Глубинной причиной эклектики является отсутствие методологического монизма, «отвязанность» мышления от последовательной (систематизированной) методологии, а в конечном счёте – от целостной идеологии (См. Методология (в науках о бытии человечества); Методология (в науках о природе); Истина; Идеология). Эклектика «ничтоже сумняшися» соединяет вырванные из разных контекстов факты, формулировки и суждения, из-за чего нарисованная эклектиком картина всегда искажённо отражает реальность. Признаки эклектики могут наблюдаться также в трудах учёных на стадии выработки (или усвоения) ими целостной монистической методологии, а также на стадии их методологического (или идеологического) кризиса, когда одолевают сомнения и шатания, происходит переосмысление методологических основ исследования. Эклектика как манера мышления может быть непреднамеренной (бескорыстной) или преднамеренной. В первом случае в её основе лежит непонимание сути дела, во втором  – намерение отвлечь от сути дела, увести рассмотрение в сторону от сути дела. Непреднамеренная эклектика порождает хаотическое нагромождение сведений о предмете рассмотрения без должного отбора и систематизации. Преднамеренная эклектика, напротив, отбирает и выставляет на первый план несущественное или не относящееся к предмету, нагромождает сведения, в которых тонет, становится трудноразличимым существенное. Таковы гносеологические корни эклектики. Что касается её социальных корней, то в разных типах обществ и у разных типов эклектиков они различны. В любых обществах есть деляги, борзописцы и карьеристы от науки. Одним нехватает профессиональной подготовки и культуры мышления, другим  – нравственных принципов. Такие «учёные» плодят массу сочинений эклектического типа. Если при этом и читательской массе нехватает культуры или устойчивости мировоззрений, то эклектические сочинения пользуются успехом и даже становятся модными. Лишь с течением времени устанавливается их полная бесплодность. Эклектикой бывает сильно поражена апологетическая наука, но она ей в значительной мере и пробавляется (См. Апологет; Апологетика). Как правило, эклектичны разнообразные теории конвергенции (См. Конвергенции теории). Для развития науки эклектическая мысль бесплодна. Поскольку эклектика не располагает научной методологией, она не может оплодотворить создание научной школы как свежего побега на древе познания. Поскольку подвизающийся в науке эклектик лишь числится учёным, но фактически таковым не является, его последователи – тоже не учёные, не способны к научным исследованиям. Преднамеренная эклектика широко и на системной основе используется в пропаганде, особенно в так называемой массовой пропаганде и в массовой культуре, в средствах массовой информации (См. Массовая культура; Пропаганда; Средства массовой информации ).

Литература: Петров М. Эклектика. – Статья в «Философской энциклопедии». Том 5. – М.: Изд. «Советская энциклопедия» 1970; Левин Г.Д. Эклектика. – Статья в «Новой философской энциклопедии». Том 4. – М.: «МЫСЛЬ». 2010.

ЭКОНОМИИ ВРЕМЕНИ ЗАКОН ─ один из всеобщих экономических законов, характеризующий источник и способ повышения эффективности общественного производства (общественной практики). По крайней мере, так трактуется источник и способ повышения эффективности практической деятельности у сторонников трудовой теории стоимости (см. Трудовая теория стоимости), представляющих себе труд (практическую деятельность людей) как единственный источник приращения общественного богатства в его стоимостной форме (Адам Смит и его последователи, не ревизующие трудовую теорию стоимости). К. Маркс дал формулировку закона экономии времени, подчеркнув в ней наличие обобщающей меры экономических ресурсов общественного развития: “Как для отдельного индивида, так и для общества всесторонность его развития, его потребления и его деятельности зависит от сбережения времени. Всякая экономия в конечном счёте сводится к экономии времени” (Маркс К. и Энгельс Ф., Соч., 2 изд. М.: т. 46, ч.1, с. 117).

Содержание закона экономии времени включает в себя процессы экономии живого и овеществленного труда, то есть сбережение как рабочего времени, затрачиваемого в данный период, так и результатов затрат рабочего времени прошлых периодов (сырьё, материалы. машины, оборудование и другие средства производства). Поэтому рост производительности труда, улучшение использования машин и оборудования, снижение материалоёмкости, оптимизация хозяйственных пропорций и т. п. выступают конкретными проявлениями действия закона экономии времени.

Подход Маркса к закону экономии времени позволяет распространить его не только на рабочее, но и на часть внерабочего времени (время на выполнение семейно-бытовых обязанностей за пределами собственно времени производства). При подобной трактовке конкретными формами действия закона экономии времени оказываются такие виды дальнейшего обобществления процессов повседневной жизнедеятельности, как механизация домашних работ и улучшение бытового обслуживания, а тем самым ─ и сокращение времени, затрачиваемого на транспорт, покупки, самодеятельный ремонт жилища, обуви, пошив одежды, стирку, уход за детьми, престарелыми и т. д.

Существуют как стихийные, так и планомерные формы осуществления закона экономии времени. В первом случае тенденция к повышению эффективности складывается как результат взаимодействия потерь и сбережения ресурсов. Во втором ─ закон экономии времени действует в форме режима экономии (см. Режим экономии). Соотношение стихийных и планомерных форм, характер и социально-экономические результаты действия закона экономии времени в решающей степени определяются общественным устройством, общественной организацией труда и производства (способом производства). (См. Способ производства; Формация обшественно-экономическая)

При капитализме сбережение времени превращается частными собственниками в предпосылку усиления эксплуатации (см. Эксплуатация; Рабочий день). Закон экономии времени приобретает форму такой направленности научно-технического прогресса и роста экономической эффективности, которая отвечает интересам частнокапиталистического присвоения (вплоть до препятствования эффективным нововведениям и торможения процессов сбережения времени за пределами интересов индивидуального бизнеса). Приоритет отдаётся прибыльности индивидуального капитала.

Конкретно-исторический механизм и антагонистическая противоречивость осуществления закона экономии времени в условиях капитализма исследованы К. Марксом в его “Капитале”. Неустранимые для капитализма пороки ─ паразитическое потребление эксплуататорских классов, безработица, складывание народнохозяйственных и мирохозяйственных пропорций при верховенстве частнособственнических интересов и целей и связанные с этим кризисы ─ не позволяют достигнуть наивысшей, объективно возможной экономической эффективности (а значит, и наибольшей экономии времени). Вместе с тем в пределах этого общесистемного (формационного) объективного ограничения при капитализме происходит рост экономической эффективности производства. Практика капиталистического хозяйства наряду с расхищением ресурсов приводит к появлению новых приёмов, методов, форм сбережения рабочего времени, сырья и материалов, снижения издержек производства и повышения качества продукции и обслуживания.

Эти нововведения, отмежёванные от неприемлемых для социалистической идеологии целей, ценностей, методов и общественно-экономических форм их использования, изучаются и интерпретируются классовым обществознанием трудящихся и эксплуатируемых на предмет классового сопротивления эксплуатации и формирования классовой теории и культуры социалистического хозяйствования. Например, сразу после Великой Октябрьской социалистической революции такая задача была практически поставлена (в отношении научной организации труда Ф.Тейлора и др.). Неготовность к выполнению этой задачи была фактором реальных трудностей и перенапряжений периода приступа к социалистическому строительству в Советской России.

При социализме и коммунизме (не путать с тоталитарными режимами национал-социалистского, сталинистского, маоистского толка) закон экономии времени приобретёт (согласно теории) особо важное значение. Экономию времени К.Маркс назвал “...первым экономическим законом на основе коллективного производства” (там же). Социалистическая организация труда и производства позволит расширить и открыть принципиально новые возможности сбережения времени и всех видов ресурсов. Устраняется паразитическое потребление эксплуататоров, воспроизводство освобождается от узких (частно-эксплуататорских, частно-капиталистических) критериев эффективности, планомерное сокращение удельных затрат живого и овеществлённого труда (режим экономии) становится всеобщей формой сбережения ресурсов и осуществления закона экономии времени. Развитие воспроизводства по единому народнохозяйственному плану, подчинённому действительно общенародным (а не частным классовым или кастовым) целям, ─ решающий фактор оптимальной экономии времени в масштабах общественной практики.

ЭКОНОМИЧЕСКИ АКТИВНОЕ НАСЕЛЕНИЕ ─ показатель статистики труда; представляет собою сумму занятых в экономике и безработных (См. Занятые; Безработные).

Социально-экономических смысл показателя “эко-номически активное население” ─ измерять объём предложения на рынке труда. Для этой цели он и стал разрабатываться по рекомендации Международной организации труда (МОТ). В СССР этот показатель не разрабатывался, в России рассчитывается с 1992 г.

Сопоставимость показателя “экономически активное население” по разным странам относительна, так как каждая страна устанавливает свой минимальный возраст группы населения, с которой начинается измерение предложения на рынке труда. В Египте это 6 лет, в Бразилии ─ 10 лет, в США и Швеции ─ 16 лет, в России ─ 15 лет. Не во всех странах установлен максимальный возраст группы, которая попадает в расчёты экономически активного населения. В ряде Скандинавских стран верхний предел ─ 74 года. В России ─ 72 года. Дифференциация возрастов, включаемых в массив населения, экономическая активность которого измеряется, имеет практический смысл: так точнее (полнее) может быть измерен общий объём предложения на рынке труда в конкретной стране.

Данные о численности экономически активного населения, о занятых в экономике и о безработных статистические органы Российской Федерации получают посредством обследований населения по проблемам занятости. В 1992-1995, 1997 и 1998 население обследовалось по состоянию на последнюю неделю октября. С 1999 обследование осуществляется с квартальной периодичностью по состоянию на последнюю неделю второго месяца каждого квартала (февраля, мая, августа, ноября).

Обследование охватывает за квартал около 69 тысяч человек в возрасте 15-72 года (0,05% от численности населения  этого  возраста),  в расчёте на год ─ более 270 тыс. человек. Итоги выборочного обследования распространяются  на всю  численность населения обследуемого

Численность экономически активного населения,

занятых и безработных в Российской Федерации

(млн. человек)

Экономически активное население

Из всего экономически активного населения

  занятые в экономике         безработные

возраста. Учитываются и итоги Всероссийской переписи населения 2002 года.

Один и тот же объём предложения на рынке труда может обеспечиваться разным массивом населения. Если этот аспект актуален для анализа и для практической политики занятости, то рассчитывается “сопутствующий” показатель ─ “уровень экономической активности населения”. Он определяется как отношение численности экономически активного населения к тому или иному массиву населения. Три показателя уровня экономической активности населения чаще всего используются в анализе:

1) уровень экономической активности населения страны (или региона) ─ отношение численности экономически активного населения страны (или региона) к общей численности населения страны (или региона);

2) уровень экономической активности населения страны (или региона) (более точный вариант показателя) ─ отношение численности экономически активного населения страны (или региона), но уже не к общей численности населения страны (или региона), а к численности населения в тех возрастных группах, которые включались в измеряемый массив (в России ─ возрастные группы от 15 до 72 лет);

3) уровень экономической активности населения в трудоспособном возрасте ─ отношение численности экономически активного населения трудоспособного возраста к общей численности населения в трудоспособном возрасте (в России трудоспособный возраст женщин ─ 16-54 лет, мужчин ─ 16-59 лет).

Уровень экономической активности населения

(в процентах)

(экономически активное население

к численности ...

При необходимости все перечисленные показатели экономически активного населения и уровня экономической активности населения могут быть рассчитаны отдельно для мужчин и для женщин, по регионам, по отдельным возрастным группам.

Литература: Социальная статистика (под ред. И.И. Елисеевой). Изд. 3-е. Глава 9. ─ М.: “Финансы и статистика”. 2002; Российский статистический ежегодник. 2006. Стат. сборник. Методические пояснения к разделу “Труд”. Стр. 166-168. ─ -М.: Росстат. 2006.

ЭКСПЛУАТАЦИЯ – тип общественных, в том числе социально-трудовых отношений, основанный на узурпации власти в обществе и в хозяйстве и систематическом принуждении одних (подчинённых) социальных групп быть средством для обеспечения привилегированного социального положения других (господствующих) социальных групп (См. Положение социальное; Классы; Касты; Интересы социально-групповые (классовые)).

Эксплуатация типична для антагонистических обществ, то есть для обществ с противоположностью систем интересов составляющих его основных социальных групп. Общества, основанные на эксплуатации, называются эксплуататорскими, а стороны отношений эксплуатации ─ эксплуататорами и эксплуатируемыми.

Эксплуатация ─ отношение между классами (или кастами) как основными субъектами общественного производства и всей общественной жизни, то есть отношение прежде всего макросоциальное, а не существующее лишь в масштабе отдельных предприятий или других общественных подсистем микросоциального или микроэкономического уровней (См. Макросоциальные процессы; Микросоциальные процессы).

 В антагонистических обществах эксплуатация является социально-экономической основой общественного устройства и неотъемлемым элементом социального механизма, обеспечивающего воспроизводство специфической (классовой или кастовой) социальной структуры общества.

Эксплуатация относится к отношениям типа “господство-подчинение”. Способом осуществления отношений господства-подчинения и причиной эксплуатации является монополизация власти и управления обществом и хозяйством в руках одних (господствующих) социальных групп и, соответственно, отстранение от власти в обществе и в хозяйстве остальных (подчинённых) социальных групп. Господствующие и подчинённые социальные группы являются стержнем социальной структуры эксплуататорских обществ (См. Структура социальная).

Суть эксплуатации как исторически устойчивой системы социально-групповых (то есть политических) отношений состоит в следующем: господствующие социальные группы, монополизируя власть и управление в обществе и хозяйстве, обеспечивают устойчивое доминирование своих интересов, в том числе воспроизведение своего привилегированного общественного положения, при помощи распоряжения движением всего результата (эффекта) общественного воспроизводства, созданного как трудом господствующих групп, так и по преимуществу трудом подчинённых социальных групп.

Господствующий класс (или каста), распоряжаясь движением всего результата общественного воспроизводства, выделяет из всего общественного продукта фонд жизненных средств трудящихся (так называемый необходимый продукт в терминологии, идущей от К.Маркса). Социально-экономическое предназначение другой части результата общественного производства (прибавочного продукта в терминологии, идущей от Маркса) ─ доход эксплуататоров. Доход эксплуататоров является источником жизненных средств господствующих социальных групп и ресурсом для такого развития общественных процессов, которое сохраняет и укрепляет характер общественного устройства, в том числе привилегированное положение в обществе господствующих групп. Конкретное соотношение совокупного дохода эксплуататоров (прибавочного продукта) и дохода эксплуатируемых (фонда жизненных средств трудящихся) ─ это фактическая степень (мера) эксплуатации труда.

Выделяя из общественного продукта фонд жизненных средств трудящихся, господствующий класс (или каста) действует в рамках ряда объективных ограничений.

Одно из главных ограничений – необходимость обеспечить трудящихся средствами, достаточными для воспроизводства нужных господствующей группе работников, в том числе заместителей (детей) смертных работников.

Другое главное ограничение ─ сила трудящихся в отстаивании своих интересов. Пропорция распределения общественного продукта на фонд жизненных средств трудящихся и прибавочный продукт, а следовательно, и степень эксплуатации труда зависят от соотношения социальных сил (См. Силы социальные). Соотношение социальных сил ─ это социальная (социоэкономическая) макропропорция (См. Соотношение социальных сил (в обществе)).

Категория “необходимый продукт” отражает точку зрения господствующей группы на социально-экономическое предназначение фонда жизненных средств трудящихся: с точки зрения господствующей социальной группы всё, что не является необходимым для воспроизводства работников (совокупной “рабочей силы”), ─ роскошь, неэффективные затраты.

Фонд жизненных средств трудящихся действительно устанавливается и удерживается не выше уровня издержек, признаваемых господствующей группой необходимыми для воспроизводства трудящихся как работников (“рабочей силы”), если трудящиеся не ведут эффективную борьбу за повышение своей доли в общественном продукте. Трудящиеся, не организованные как класс и не действующие как класс (то есть сплочённо, настойчиво и солидарно), превращаются в разрозненных субъектов, субъектность которых достаточна лишь для индивидуальных сделок по купле-продаже рабочей силы как штучного товара. Все либеральные теории рассматривают трудящихся только в этом их предельно невыгодном социальном качестве ─ как классово неорганизованных работников.

Соцально-экономическим содержанием, или принципиальным социальным механизмом эксплуатации является принудительное социальное донорство подчинённых социальных групп в пользу господствующих социальных групп в ходе и в результате распределения эффекта (не только экономического) от общественного воспроизводства.

Господствующие социальные группы имеют возможность организовать и, как правило, организуют распределение эффекта (не только экономического) от общественного воспроизводства таким образом, чтобы доля трудящихся в его распределении была существенно меньше, чем доля их фактического трудового вклада в этот эффект. При этом господствующие группы имеют возможность получать доходы, даже не выполняя никаких полезных для общества и хозяйства (трудовых) функций. Доходы от собственности (по праву собственников), а не от собственного труда являются, как правило, основным доходом господствующих социальных групп. Для эксплуатируемых трудящихся основным источником средств существования и фактором, определяющим их социально-экономическое положение и положение членов их семей, являются не доходы от собственности, а собственный труд в общественно организованном воспроизводстве.

Социальное донорство эксплуатируемых трудящихся реально выступает в двух формах: а) как более медленное улучшение их социального положения по сравнению с улучшением положения господствующих социальных групп (относительное обнищание эксплуатируемых) (См. Обнищание относительное); б) как прямое ухудшение их социального положения (абсолютное обнищание эксплуатируемых) (См. Обнищание абсолютное).

Хорошо известны и изучены наукой такие типы эксплуататорских обществ, как рабовладельческий строй, феодализм, капитализм, империализм, колониализм, неоколониализм, тоталитаризм (фашизм), социальное рыночное хозяйство (буржуазно-демократическое социальное государство). В меньшей мере изучены азиатский способ производства, “постиндустриальное общество” как современная разновидность капитализма.

Однотипность капиталистических классовых отношений и социально-групповых отношений других общественных систем эксплуататорского типа состоит в общности:

а) причины эксплуатации (властно-управленческие функции сосредоточены в руках части общества),

б) сути эксплуатации (господствующая социальная группа распоряжается всеми результатами общественного производства и труда для обеспечения своего привилегированного положения в обществе) и

в) содержания эксплуатации (подчинённые группы выступают социальными донорами).

Конкретные способы осуществления эксплуатации разнообразны. Разнообразны и факторы, в решающей мере обеспечивающие эксплуатацию. Наукой различаются в первую очередь экономическое принуждение и внеэкономическое принуждение, но это далеко не исчерпывает классификацию методов принуждения подчинённых групп к социальному донорству. Зачаток глубокой теории принуждения ─ учение К.Маркса о реальном подчинении труда капиталу (См. Подчинение труда капиталу реальное).

В капиталистическом обществе основной подчинённой социальной группой является класс наёмных трудящихся (рядовых наёмных работников). В нормально функционирующем капиталистическом производстве ─ при всех колебаниях уровней оплаты конкретных видов труда и других доходов трудящихся ─ в целом классу наёмных трудящихся достаётся та сумма жизненных средств, которая признаётся господствующим классом необходимой для нормального воспроизводства трудящихся как работников, для удовлетворения исторически сложившегося круга их потребностей. Величину прибавочного продукта составляет то, что превышает исторически сложившуюся величину “необходимого” продукта.

Такая “нормальная” эксплуатация возможна и реализуется только при осуществлении “нормальной” классовой борьбы, то есть если эксплуатируемый наёмный класс активно сопротивляется понижению своей доли в общественном продукте, в том числе сужению круга потребностей трудящихся, признаваемых капиталом необходимыми (в терминах, идущих от К.Маркса, ─ сопротивляется понижению национальной стоимости “товара рабочая сила” и цен на этот “товар”).

Нормальную (закономерную) систему эксплуатации необходимо рассматривать с учётом реальной структуры  мирового капиталистического хозяйства, в которой с самого начала была и до сих пор есть более развитая часть и  так называемая “периферия” (См. Периферийный капитализм; Глобализация капитализма). Система капиталистической эксплуатации обладала и обладает возможностью выносить часть своих противоречий на “периферию” ─ в колонии, полуколонии, в страны так называемого третьего мира. На периферии оказывается допустимым то, что недопустимо в первом и втором мирах (См. Периферия мирового хозяйства).

Современная Россия оказалась в результате шоковых глобализационных реформ 1990-х годов на периферии мирового капиталистического хозяйства, в реальности периферийно-зависимого капитализма. Трудящиеся России не воспрепятствовали понижению оплаты труда и других своих доходов, повышению тем самым степени эксплуатации. В результате установилась базовая для новой России весьма низкая величина фонда жизненных средств трудящихся. Эта существенно пониженная (по сравнению с дореформенной) величина будет восприниматься и уже воспринимается новыми поколениями как объективный, нормальный для России размер “необходимого” продукта (как  новая национальная стоимость и цена “товара рабочая сила”, если использовать категории К..Маркса).

Теории эксплуатации присущи науке, которая базируется на идеологиях, отражающих интересы трудящихся классов. Эти идеологии исходят из представлений, что эксплуататорская система общественных отношений возникла как следствие противоположности интересов разных частей общества и удерживается в исторических пределах определённого типа соотношения социальных сил. Социалистическая (коммунистическая) идеология выдвигает идеал общества, в котором нет отношений господства-подчинения и эксплуатации, и обосновывает возможность перехода к такому обществу (См. Социализм; Социализм научный).

Идеологии эксплуататорских классов, напротив, утверждают либо естественность и вечность (неустранимость из жизни общества) отношений эксплуатации, либо её отсутствие (невозможность) или историческую преодолённость в современных лидирующих капиталистических странах. Они это могут делать и весьма прямолинейно, и в завуалированной форме: например, вообще отрицая само социальное донорство; или отрицая его принудительный характер и прославляя социальное партнёрство; или отрицая даже существование классов, а тем более, антагонистическую противоречивость систем классовых интересов.

Социал-реформистские идеологии пытаются “соединить” социалистическую идеологию и идеологию эксплуататоров. Они признают эксплуатацию и её несправедливость, признают необходимость борьбы с нею, но считают эту борьбу бесконечно долгой и постепенной. Идею революционного преобразования общества для уничтожения эксплуатации и классов-антагонистов социал-рефор-мизм трансформирует в идею постепенного, шаг за шагом ослабления эксплуатации на основе социального диалога и социального партнёрства эксплуататорских и эксплуатируемых классов.

Приоритет научного раскрытия механизма капиталистической эксплуатации на уровне предприятия (индивидуального капитала) принадлежит К.Марксу (1818-1883). Согласно теории К.Маркса (теории прибавочной стоимости), заработная плата, которую получает наёмный рабочий, лишь по форме является оплатой всего его труда, а по сути, собственник предприятия покупает и оплачивает товар “рабочая сила”. Оплачивает по цене, колеблющейся вокруг издержек воспроизводства (стоимости) этого товара, и присваивает (не оплачивает) созданную трудом рабочего прибавочную стоимость. Присвоение собственником предприятия результата неоплаченного труда наёмного рабочего, по Марксу, и есть капиталистическая эксплуатация.

Связывая капиталистическую эксплуатацию с продажей товара “рабочая сила”, то есть с наёмностью труда, К.Маркс считал, а многие из последователей его учения о прибавочной стоимости до сих пор считают, что  для устранения эксплуатации из жизни общества следует ликвидировать наёмность труда и вообще отказаться от использования в организации хозяйства товарно-денежных отношений и рынка. История тоталитаризма в СССР отчётливо показала, как опасна антитоварная идеология. Хозяйствование “без услуг прославленной стоимости” (выражение Ф.Энгельса) оказалось в практике ХХ века адекватным сталинистской (и не только сталинистской) разновидности тоталитаризма.

Современная теория эксплуатации, не отрицая теорию прибавочной стоимости, в то же время трактует эксплуатацию как одно из базовых социально-структурных отношений. Поэтому и природа капиталистической эксплуатации не может быть сведена к отношениям распределения и не может быть понята лишь на основе анализа (трактовки) взаимоотношений между индивидуальным капиталом и нанимаемыми им работниками как купли-продажи рабочей силы. Система капиталистической  эксплуатации возникает не из наёмного характера труда и не из особенностей товара “рабочая сила”, а из определённого соотношения классовых сил по поводу власти в обществе (в том числе и в хозяйстве). Система капиталистической эксплуатации поддерживается монополией капиталистического класса на власть и управление общественными процессами, перевесом сил капитала в межклассовых отношениях.

В современной теории эксплуатации подчёркивается, что трактовка категории “стоимость рабочей силы” как величины необходимых и достаточных издержек воспроизводства трудящихся как работников (рабочей силы) ─ это точка зрения капитала и науки, обслуживающей его интересы.

В науке, последовательно стоящей на позициях эксплуатируемых, трудящиеся рассматриваются не как “рабочая сила”, а как члены общества, труд которых должен доставлять им средства для их (и их семей) достойного существования и развития, а не средства, возмещающие затраты на воспроизводство трудящихся лишь как рабочей силы для капиталиста. Категорию “стоимость рабочей силы” при таком подходе можно и не отбрасывать, но при условии перехода от воспроизводственной к социальной версии этой стоимости. Суть социальной версии можно очертить следующими положениями:

─ величина (уровень) доходов эксплуатируемых трудящихся (их доля в общественном продукте) объективно формируется не в экономике, а на уровне общественного устройства, в итоге взаимодействия (столкновения) и соотношения социальных сил;

─ капиталистический класс может оплачивать труд наёмных работников на уровне необходимых и достаточных издержек воспроизводства нужной ему “рабочей силы” в условиях отсутствия организованной классовой борьбы эксплуатируемых трудящихся;

─ борьба трудящихся за улучшение своего социального положения (если она реально изменяет сложившееся соотношение социальных сил) увеличивает совокупные доходы трудящихся, поступающие к ним в разных формах (заработная плата, другие доходы), изменяет пропорцию распределения общественного продукта на фонд жизненных средств трудящихся и доход эксплуататоров (прибавочный продукт).

Отвоёванная трудящимися их доля в общественном продукте ─ в этом суть социальной версии стоимости и цены рабочей силы, если использовать термины “рабочая сила”, “стоимость и цена рабочей силы”, отражающие взгляд капиталистического предпринимателя на природу взаимоотношений капитала и труда.

На современном этапе развития мировой капиталистической системы, получившем название “глобализация”, происходит существенное видоизменение взаимоотношений между господствующими и подчинёнными социальными группами.

Осмысление обозначившихся тенденций развития подводит к следующему выводу: исторической тенденцией развития капиталистической системы эксплуатации является глобализация тоталитаризма в форме организованной во всемирном масштабе системы разделения (сегрегации) человечества на господствующую (властвующую) касту созидателей и все более многочисленную касту оттеснённых от участия в созидательной общественной практике ─ оттеснённых в социальную резервацию с принудительно-нетрудовым характером жизнедеятельности (См. подробнее Глобализация капитализма; Социальной резервации теория).

Наука изучает типы, формы эксплуатации, определяет её степень, обобщает исторический опыт укрепления отношений эксплуатации и борьбы за смягчение и уничтожение эксплуатации.

Эксплуатация как социальное отношение постоянно находится в центре идеологической борьбы. Свежий импульс этой борьбе придало распространение новых форм эксплуатации на современном этапе глобализации капитализма.

Литература: Смит А. Исследование о природе и причинах богатства народов. Книга 1. Глава 8. О заработной плате. - М.: ЭКСМО 2007; Маркс К. Капитал. Критика политической экономии. Том первый. Глава четвертая. Превращение денег в капитал. – Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. Т. 23. М. 1960; Ракитская Г.Я. Социально-трудовые отношения (общая теория и проблемы становления их демократического регулирования в современной России). Глава 3. Эксплуатация как тип социально-трудовых отношений. – М.: Институт перспектив и проблем страны. 2003; Ракитская Г.Я. Современная теория эксплуатации (эксплуатация как тип социально-трудовых отношений) / В период. изд. “Обществознание большинства”. Выпуск 2. – М.: Интернациональный университет трудящихся и эксплуатируемых. Декабрь 2005. С. 3 – 30; Ракитский Б.В., Ракитская Г.Я., Мандель М.Д. Социально-трудовые права и свободы: российские и международные принципы, нормы, проблемы. Учебник (по программам высшего классового образования). – М.: Институт перспектив и проблем страны. 2008.

ЭРУДИЦИЯ  – положительное свойство личности, характеристика его культурности; владение обширными систематизированными знаниями в режиме свободного, без усилий и затруднений применения. Эрудиция чаще всего определяется (в словарях) как глубокие всесторонние познания, широкая осведомлённость, а то и просто как начитанность (См. Начитанность). В буквальном переводе с латыни «эрудиция» – учёность. Несомненно, при таких трактовках упускается важнейший момент – тип этой учёности, всесторонних познаний, осведомлённости. Эрудиция есть живой, активный тип (состояние) глубоких и обширных знаний, способность пользоваться знаниями уверенно, свободно, без излишнего напряжения и при этом эффективно. Издревле различали просто знающих (многознающих) и умных. Бесподобно точно выразился Гераклит Эфесский: «Многознание уму не научает». Знать – это важно, знать – это необходимо. Но знание – не результат (разве что при игре-викторине может оказаться результатом). Знание – предпосылка результата, не более чем умственный ресурс, годный и доступный – для чего? Для применения в практической деятельности, в общении, в коллективной умственной работе и т. п. Конечно, есть люди, делающие свои знания личными сокровищами, просто накапливающие и накапливающие знания. В семье не без урода. Нормальные люди узнают и знают в расчёте на практическое, жизненное применение. Развитое умение применять накопленные знания – это как раз и есть эрудиция. Знания (познания) могут быть: – достаточно полные; – обширные; – недостаточные (недостаточно полные; недостаточно систематизированные (фрагментарные, отрывочные); мизерные по объёму; ошибочные; искажённые). Эрудиция же может быть оценена как: – достаточная; – высокая; – недостаточная (слабо развитая и вовсе неразвитая). Достаточной можно считать эрудицию, если человек способен вполне свободно и уверенно (в режиме диалога) обсуждать (содержательно обсуждать, аргументируя, а не просто бойко болтая) те или иные жизненные ситуации или реальные события, а также игровые ситуации (при обучении) и возможные перспективы протекания общественных процессов и жизненных ситуаций, возможные следствия тех или иных событий. При достаточной эрудиции уверенность базируется на осознанной опоре на накопленные знания; блеф чужд эрудированному человеку (См. Блеф). Высокая эрудиция – это способность вполне свободно и активно (в режиме полемики) обсуждать те или иные проблемы, события, реальные ситуации и факты; уметь слушать и слышать (понимать) других участников обсуждения, отстаивать собственную позицию; не искажать позиций оппонентов и при этом адекватно оценивать силу и слабость чужих и собственных доводов, аргументов, позиций. Эрудиция формируется в процессе обучения и воспитания, в процессе трудовой и семейно-бытовой жизнедеятельности. Уровень культуры родного народа – база реальных возможностей обретения человеком эрудиции. Общественные системы просвещения, образования, воспитания призваны включать в цели своей деятельности формирование эрудиции. Многое зависит от самого человека, от его способностей, трудолюбия, воли. В учебных заведениях СССР (в школах и в вузах, не говоря уж о курсах повышения квалификации) развитию эрудиции уделялось совершенно недостаточно внимания. Это было связано с фактическим запретом множественности идеологий (См. Идеология государственная; Идеология обязательная; Многообразие идеологическое). В новой России (после 1991 г.) Конституция гарантирует множественность идеологий. Но возможности, открываемые этой демократической нормой, мало использовались в российском образовании для культивирования эрудиции. Наоборот, деградация российского образования (всех уровней) выразилась, в частности, и в игнорировании задач формирования эрудиции, в неразвитости круга специализированных семинаров и других активных форм обучения. Широкое использование слайд-презентаций и иных компъютерных приёмов в учебном процессе культивирует клипповое мышление взамен и в ущерб развитию эрудиции. Интернациональный университет трудящихся и эксплуатируемых (Рабочий университет), ставя перед собой задачи развития высшего классового гуманитарного образования, уделяет первостепенное внимание формированию эрудиции. Методика обучения предусматривает даже специальный экзамен по эрудиции (наряду с экзаменом для оценки уровня знаний) по каждому из учебных курсов. Предусмотрено создание «Задачника по эрудиции». Эрудиция выпускников рассматривается как один из реальных факторов, обеспечивающих превосходство классового гуманитарного высшего образования трудящихся и эксплуатируемых по сравнению с гуманитарным высшим образованием господствующих классов (См. Интернациональный университет трудящихся и эксплуатируемых (Рабочий университет) ).

Литература: Интернациональный университет трудящихся и эксплуатируемых (Рабочий университет). Материалы к разработке Концепции Университета 2001-2006. (Составитель Б.В.Ракитский). – М.: 2007. 96 с

ЭФФЕКТ СОЦИАЛЬНЫЙ ─ положительный (благоприятный) для целей социального развития результат какой-либо практической деятельности (производственной, трудовой, финансовой, общественной, благотворительной, образовательной и т.п.). Социальный эффект является обычно составной частью общего (полного) практического эффекта, при этом наличие или отсутствие «социальной составляющей» может с той или иной мерой точности выявляться и оцениваться (аналитически или рассчётно).

Понятие “социальный эффект” уже, нежели понятие “социальные результаты”, которое включает в себя не только благоприятные, но и неблагоприятные для целей социального развития результаты практической деятельности.

В случаях, когда социальные результаты заранее не планировались, не прогнозировались или вообще игнорировались (оставались за пределами интереса или внимания), принято говорить о социальных последствиях. Особенно часто упоминают и толкуют о социальных последствиях научно-технического прогресса.

Соотнесение социального эффекта и неблагоприятных социальных последствий деятельности с её целями составляет содержание процесса оценки социальной эффективности (См. Эффективность социальная).

Проблематика социальных эффектов стала научно разрабатываться в СССР в 1970-е годы. Здесь отечественные разработки намного опередили зарубежные. Это опережение сохраняется до сих пор. Было разработано нескольких методик расчёта социального эффекта и методик дополнения расчёта экономического эффекта расчётом социальных эффектов. Однако принципиальное опережение (мировое лидерство) сложилось, когда была разработана теория и общая методика оценки социально-экономической эффективности общественного производства и научно-технического прогресса. Новый научный подход, обосновывающий методологические и методические принципы в этой области, получил название “ранжирование Г.Я.Ракитской”. (См. Эффективность экономическая и эффективность социальная”).

Литература: Новожилов В.В. Проблемы измерения затрат и результатов при оптимальном планировании. – М.: “Экономика”. 1967; Ракитская Г.Я. Цели социально-экономического развития и эффективность научно-технического прогресса. – М.: ВНИИСИ. 1982. Работа Г.Я.Ракитской переиздана в книге: Ракитская Г.Я. Основные труды. Том 1. М.: Школа трудовой демократии имени Г.Я.Ракитской, ПРОБЕЛ-2000. 2017. Стр. 78-144.

ЭФФЕКТИВНОСТЬ ─ результативность; интегрирующая (обобщающая) оценка результатов какого-либо сознательного действия (курса, линии поведения, стратегии, тактики) в двух существенных отношениях: во-первых, со стороны принципиального соответствия целям, для достижения которых действия предпринимались, а во-вто-рых, со стороны оправданности (приемлемости) усилий (и затрат ресурсов), потраченных на получение результата.

Если наблюдаются результаты, качественно не соответствующие (противоречащие) поставленным целям, говорят об обратном эффекте (См. Обратный эффект). В случаях принципиального соответствия результатов целям различают высокую, низкую, достаточную или недостаточную эффективность. Предполагаемую результативность действий называют ожидаемой эффективностью (См. Эффект ожидаемый). Если результаты соответствуют целям, но достигнуты неоправданно большими усилиями или неприемлемыми способами, то деятельность либо не признаётся эффективной, либо для оценки её результативности подыскиваются специфические формулы (например, пиррова победа; саркастическое «за славу сколько ни плати ─ всё недорого»; слава Герострата и др.).

Понятие эффективности ограничено обычно (как на практике, так и в теории) кругом результатов, прямо отвечающих (соответствующих) поставленным целям. Другие результаты действий (как полезные кому-либо, так и вредные кому-либо; как вполне ожидаемые, так и неожиданные) охватываются понятием «последствия» (См. Последствия; Последствия социальные).

Практика охватывает множество действий, направленных на множество целей. В связи с этим распространено дифференцированное рассмотрение и дифференцированная оценка результативности действий (не то чтобы в полном и преднамеренном отрыве результативности одного действия от результативности другого, а в практически приемлемой отвлечённости рассмотрения результативности одного действия от результативности других действий). Так возникают понятия экономической эффективности, эффективности образования, эффективности методик лечения, эффективность собственности, эффективность пропаганды и т.п. (См. Эффективность экономическая; Эффективный собственник).

Одновременно с этим общественная практика не сводится к сумме разрозненных (взятых по отдельности) действий, а обладает целостностью (См. Целостность). Свойство целостности общественной практики делает оправданным постановку и решение вопроса о её (общественной практики в целом) результативности. Эффективность общественной практики в целом называется общественной (социальной) эффективностью (См. Эффективность социальная).

Сопряжение эффективности тех или иных практических действий с социальной эффективностью как с эффективностью общественной практики в целом ─ важная практическая задача, нелегко дающаяся теоретической и методической разработке (См. Эффективность экономическая и эффективность социальная).

ЭФФЕКТИВНОСТЬ ЭКОНОМИЧЕСКАЯ И ЭФФЕКТИВНОСТЬ СОЦИАЛЬНАЯ ─ два из многих измерений эффективности, сопоставление которых и стремление свести (соединить) которые долгое время находились и до сих пор находятся в ряду самых актуальных теоретических и прикладных разработок ряда наук (политической экономии, науки об управлении, конкретной экономики и др.).

Эффективность как родовое (общее) понятие отражает реальное общественное отношение целей и результатов практической деятельности (См. Практика общественная; Практика общественная материальная). Однако практическая деятельность (практика) обладает структурой, а потому феномен эффективности неизбежно приобретает характер структурного отношения. Другими словами: эффективность вообще ─ понятие бессодержательное, неправомерно абстрактное, игнорирующее структурный (социально-групповой, классовый) характер практики и отношений (оценок) эффективности практической деятельности.

Генеральная проблема определения эффективности ─ адекватное реальной практике выделение  и соотнесение эффективности практики как целого (системы) и эффективности составляющих это целое видов практической деятельности (частных систем, подсистем).

Практика в целом ─ это общественная (социальная) практика. Цели, с которыми при определении эффективности сопоставляются результаты, суть целообщественные (социальные) цели, а сама эффективность в этом смысле называется социальной. Хозяйственная практика  (экономика) ─ часть общественной практики (См. Хозяйство общественное). Цели, с которыми при определении экономической эффективности сравниваются хозяйственные (экономические) результаты, заданы обществом, но заданы они именно как экономические цели, обычно как цели создания ресурсных возможностей для достижения общественных целей, не сводимых к экономическим. Различия в понимании характера связи целостного и частного в общественной практике порождают различия в подходах к соотнесению социальной (целообщественной) эффективности и экономической эффективности.

Традиции метафизической методологии питают представления об обществе как о сумме частей. Поскольку общество по своей природе целостно, а не суммарно, метафизический подход принципиально неспособен вывести к оценкам эффективности, адекватным общественной практике. Метафизический (суммирующий) подход к эффективности порождает различные комбинации складывания частных эффектов или складывания и вычитания (если суммируются положительные и отрицательные частные эффекты). Соотнесения результатов с целообщественными целями не происходит, задача такого типа даже не ставится.

При суммирующем (метафизическом) подходе к определению эффективности широко распространён и даже доминирует фетишистский (прагматический) метод. Он касается выбора эффекта какой-либо части общественной практики на роль основного слагаемого, к которому прибавляются или из которого вычитаются эффекты иных частей общественной практики, принимаемых в расчёт. Этот метод лежит обычно в основе популярного, но тупикового “междисциплинарного подхода”. Фетишизируется (неправомерно выпячивается) какая-то часть общественной практики и объявляется критериально главной. Например, успех частного предпринимателя объявляется наивысшим мерилом эффективности, которому подчинены (субординированы) все иные её измерители и оценки (хрестоматийной стала формула Ч.Вильсона “Что хорошо для “Дженерал Моторс”, то хорошо и для Соединённых Штатов”). Социальные и иные неэкономические эффекты искусственно оцениваются как экономические (им «присваивают» экономические единицы измерения) и плюсуются к действительно экономическому эффекту (соответственно, эффекты, оценённые как отрицательные, ─ вычитаются). Общественные цели и все частные цели тем самым сводятся к сугубо экономическим. Фетишизироваться может любая часть общественной практики (наращивание военной мощи, “силовая составляющая”, защита окружающей среды, научно-технический прогресс и др.).

Принципиально несовместим с метафизическими подходами к эффективности целостный диалектический подход (См. Целостная методология (целостный подход)). Представление о целом как о сумме не допускается, суммирование частных эффектов признаётся ненужным в силу неадекватности суммарного результата структуре реальной общественной практики. Цели общества как целостности признаются реальными и имеющими приоритет в субординации реально структурированных целей. Отсюда качественно иной способ выстраивания единой системы целей ─ ранжирование целей. Оценка социальной эффективности происходит как определение соответствия результатов общественной практики в целом ранжированным целям. Сравнительная оценка эффективности вариантов развития осуществляется путём поэтапного отбора вариантов по критерию соответствия рангам целей. Варианты, не соответствующие социальным рангам целей, отбрасываются как социально недопустимые, даже если экономически (то есть по критерию, который ниже высших рангов) они более эффективны. Экономическая эффективность сравнивается только по кругу социально необходимых и социально допустимых вариантов. Социально и одновременно экономически самым эффективным (социально-экономически оптимальным) признаётся вариант, прошедший отбор по соответствию социальным критериям и оказавшийся самым эффективным экономически в ряду социально допустимых (эффективных) вариантов.

Впервые в мировой науке проблемы соотнесения (единения) социальной и экономической эффективности научно строго решены в исследовании Г.Я.Ракитской 1974-1979 гг. “Методологические основы определения социально-экономической эффективности научно-технического прогресса” (Москва, Институт экономики АН СССР. Опубликовано в 1982 г.). Предложенные методология и общая методика позже получили название “ранжирование Г.Я.Ракитской”. “Ранжирование Г.Я.Ракитской” позволило преодолеть “барьер В.В.Новожилова”. Лауреат Ленинской премии В.В.Новожилов в своей книге “Проблемы измерения затрат и результатов при оптимальном планировании. (М.: “Экономика”. 1967) предупредил, что разработанные им методы определения и сравнения экономической эффективности вариантов применимы только при условии тождества социальных результатов вариантов. В этом “барьер В.В.Новожилова”. В реальной практике такое тождество встречается как редкое исключение, а потому “барьер В.В.Новожилова” при применении его методов игнорируется или “преодолевается” мнимо. Различия социальных результатов либо игнорируются, либо объявляются несущественными, либо проблема их учёта подменяется задачей учёта и компенсирования социальных последствий. В отличие от этого “ранжирование Г.Я.Ракитской” строго соблюдает “барьер В.В.Новожилова” и даёт научно обоснованный метод сопряжения его метода определения и сравнения экономической эффективности с отбором вариантов по критерию социальной допустимости, то есть научно строго отбирает круг вариантов, социальные эффекты которых могут быть признаны практически тождественными.

Литература: Новожилов В.В. Проблемы измерения затрат и результатов при оптимальном планировании. – М.: “Экономика”. 1967; Ракитская Г.Я. Цели социально-экономического развития и эффективность научно-технического прогресса. – М.: ВНИИСИ. 1982. Работа Г.Я.Ракитской переиздана в книге: Ракитская Г.Я. Основные труды. Том 1. М.: Школа трудовой демократии имени Г.Я.Ракитской, ПРОБЕЛ-2000. 2017. Стр. 78-144.