ИВАНОВ АНАТОЛИЙ СЕМЁНОВИЧ ─ правозащитник, видный деятель демократического рабочего и профсоюзного движения и государственный деятель России. Родился 5 августа 1949 года в селе Семёно-Александ-ровка Бобровского района Воронежской области в многодетной рабочей семье. Русский, родной язык ─ русский, знание английского языка ─ в объёме программ законченных учебных заведений.
Отец А.С.Иванова работал помощником лесника, зарплата его была небольшой, а мать была домохозяйкой. Поэтому с ранних лет приходилось подрабатывать и детям – собирали и сдавали в лесничество сосновые шишки и плели корзины. А.С.Иванов был вторым по возрасту ребёнком, а всего их в семье росло пятеро, в связи с этим на нём была большая нагрузка. Это сформировало трудолюбие, которое помогало преодолевать многие жизненные трудности. Отец А.С.Иванова умер в 46 лет, сказалось заболевание, полученное на строительстве оборонительных сооружений в годы войны. На фронт он направлен не был, так как его отец (дед А.С.Иванова) был репрессирован как не вступивший в колхоз и к тому же как человек верующий. В 1937 дед был расстрелян. После смерти отца А.С. Иванов вместе с семьёй в 1964 году переехал для проживания на родину матери в город Тутаев Ярославской области. Здесь он окончил обучение в средней школе. Отличником не был, но учился хорошо.
В детские годы А.С.Иванов увлекался чтением. Книги были в основном о военных и трудовых подвигах. Видимо, это и привело его к поступлению в Серпуховское высшее командно-инженерное военное училище, которое готовило специалистов для ракетных войск стратегического назначения. После его окончания в 1972 А.С.Иванов был направлен для прохождения военной службы на космодром Байконур, где участвовал в запуске космических объектов. Там же он увлёкся изучением работ В.И.Ленина. После прочтения основных его работ о социализме мировоззрение А.С.Иванова изменилось настолько, что он уже не мог продолжать служить в вооруженных силах, так как не мог на политических занятиях внушать своим подчинён-ным ложную информацию о существовании в СССР развитого социализма и строительстве коммунизма. На самом же деле в СССР никакого социализма не было, тем более не строился и коммунизм, о чём А.С.Иванов стал открыто высказываться.
После отправления им Главкому ракетных войск рапорта с просьбой об увольнении из вооруженных сил ему было предложено уволиться через психиатрическое отделение госпиталя. Не сразу, но согласившись с этим, А.С.Иванов около трёх месяцев провел в военном госпитале города Ленинска, где с большим трудом ему удалось убедить лечащего врача установить соответствующий (подходящий) диагноз. В госпитале же приехавшая туда партийная комиссия исключила А.С.Иванова из КПСС (июль 1975).
Уволившись из вооруженных сил, А.С.Иванов до марта 1978 жил и работал в Ярославле, сначала инженером-конструктором на заводе «Ярполимермаш», а затем ─ масте-ром на заводе дизельных агрегатов. В 1976 женился, в 1977 в его семье родился сын. Увлечение изучением ленинских работ он продолжил, кроме того, увлекся изучением философского наследия.
В марте 1978 семья Ивановых переехала в город Димитровград Ульяновской области, а в январе 1979 ─ в город Тольятти. Там работал инженером-электриком по ремонту технологического оборудования на Волжском автомобильном заводе (ВАЗе), а с мая 1982 ─ электромонтером 6 разряда по вахтово-экспедиционному методу на нефтяном месторождении посёлка Вынгапуровский Тюменской области. Там жизнь заставила заняться защитой как своих прав и интересов, так и прав, и интересов других работников. Поэтому начал активно изучать трудовое законодательство. При создании в 1985 году в электроцехе профсоюзной организации А.С.Иванов был избран председателем цехового комитета профсоюза. Так началась его профсоюзная деятельность.
Инициативу М.С.Горбачева о перестройке А.С. Иванов воспринял с энтузиазмом, особенно его идею о переходе к построению социализма в ленинском понимании. Посчитав, что его время пришло, А.С.Иванов начал повторно штудировать работы В.И. Ленина, на этот раз с первого тома и до последнего. За два года ему удалось прочитать все 55 томов. Читал с карандашом в руках и заполнением специально созданной для этой цели картотеки. Одновременно А.С.Иванов активно участвовал в реализации горбачёвских инициатив, и прежде всего в избрании своих руководителей. Но защита прав и интересов работников для него оставалась приоритетной деятельностью, за защитой к нему обращались уже жители всего посёлка. В 1986 году А.С.Иванов был избран заместителем председателя профсоюзного комитета энергоуправления НГДУ «Заполярнефть». Однако в связи с его активной общественной деятельностью, вызывавшей беспокойство руководителей НГДУ, в целях избавления от А.С. Иванова были сокращены все работники так называемой самарской вахты. Это, а также необходимость участия в политических событиях города Тольятти привели к окончанию его работы в Тюменской области. В октябре 1989 А.С.Иванов возвратился в Тольятти и поступил на работу электромехаником ─ снова на Волжский автомобильный завод.
В это время на ВАЗе создавался Союз рабочих. Его председателем стал шлифовщик Николай Ломакин, а А.С. Иванов был избран секретарем. В Уставе Союза рабочих было сказано, что главной целью его деятельности является создание независимого профсоюза. В это же время на многих предприятиях страны активно работали советы трудовых коллективов, а на ВАЗе такой совет был наиболее активным. Несмотря на это А.С.Иванов не стал связывать свою судьбу с работой в нём. Он уже тогда понимал, что у самоуправления нет перспективы развития, что страна постепенно переходит на путь построения капиталистического общества, в котором защита прав и интересов работников должна будет осуществляться с помощью независимых профсоюзов.
В конце апреля-начале мая 1990 года А. Иванов вместе с Н. Ломакиным в качестве представителей Союза рабочих ВАЗа были участниками 1-го Всесоюзного съезда независимых рабочих движений и организаций в городе Новокузнецке. А 3 ноября 1990 на ВАЗе прошло учредительное собрание, и был создан Независимый профсоюз рабочих ВАЗа, Председателем профкома избрали А.С. Иванова. Эту должность он занимал до декабря 1999 года. При этом не был освобожденным от основной работы, то есть продолжал работать электромехаником.
За период работы А.С.Иванова председателем профсоюзного комитета профсоюз «Единство» в результате своей активной работы по защите прав и интересов работников ВАЗа завоевал уважение не только работников этого предприятия, но и стал известным как в России, так и во многих странах мира. В своей работе профсоюз часто использовал митинги и забастовки, которые поддерживались трудовым коллективом завода. А.С.Иванов, зная трудовое законодательство и имея опыт его применения ещё при работе в Тюменской области, одновременно был и юристом профсоюза. А в 1997 он получил ещё и диплом юриста, окончив с отличием юридический факультет Академии труда и социальных отношений в Москве.
В мае 1996 на А.С.Иванова было совершено нападение с применением кастета, а в конце августа того же года на его жизнь было совершено покушение, в результате чего он получил два огнестрельных ранения. Это преступление не было раскрыто, но следствием было признано, что оно было совершено в связи с профсоюзной деятельностью. Несмотря на возможное тогда продолжение силовых действий в отношении А.С.Иванова, он не прекратил свою профсоюзную деятельность, чем завоевал ещё большее уважение тольяттинцев.
Руководители профсоюза «Единство» поняли, что нельзя ограничиваться чисто профсоюзной деятельностью, необходимо участвовать и в политической жизни страны, а также в законодательном процессе. Прежде всего, нужно оказывать влияние на формирование трудового законодательства. В связи с этим под руководством А.С. Иванова представители профсоюза «Единство» в течение нескольких месяцев совместно с шахтёрами летом 1998 года участвовали в протестной акции в Москве на Горбатом мосту с требованием об отставке Президента РФ Б. Ельцина. А в 1999 году профсоюз выдвинул А.С.Иванова кандидатом на выборах депутатов Государственной Думы РФ по Тольяттинскому одномандатному избирательному округу. На выборах А.С.Иванов победил с большим преимуществом и минимальными материальными затратами.
В Государственной Думе РФ А.С.Иванов стал работать в комитете по труду и социальной политике. В 2001 году при принятии Трудового кодекса РФ он был одним из авторов так называемого профсоюзного варианта кодекса и даже представлял его на заседании Государственной Думы. К сожалению, этот вариант не был принят, так как ФНПР во главе с М.Шмаковым заняла соглашательскую с работодателями и Правительством РФ позицию, а её представители вышли из авторского коллектива профсоюзного варианта кодекса. Тем не менее, в процессе принятия Трудового кодекса РФ и дальнейшего его совершенствования несколько предложений А.С.Иванова было принято. Кроме работы, связанной с трудовыми отношениями, А.С.Иванов занимался и многими другими проблемами, например, он внёс на рассмотрение Государственной Думы два законопроекта в целях решения проблемы возвращения так называемых дореформенных вкладов, а также оказывал помощь в работе соответствующего фонда по выплате компенсаций вкладчикам финансовых пирамид.
В связи с активной работой в качестве депутата тольяттинцы в декабре 2003 года избрали А.С.Иванова депутатом Государственной Думы РФ на второй срок, в течение которого он был не менее активным. Последнее привело к тому, что А.С.Иванов в декабре 2007 года был избран депутатом Государственной Думы и на третий срок, но уже по спискам политической партии «Единая Россия», так как к тому времени выборы по одномандатным округам были отменены. Наиболее значимыми законодательными инициативами А. Иванова в период его третьего депутатского срока были: о введении прогрессивного налога на доходы физических лиц, о предоставлении возможности для использования материнского капитала на приобретение автомобиля, произведённого на территории России, об установлении ответственности чиновников в виде конфискации имущества и дисквалификации за их незаконное обогащение др. Несмотря на отклонение Государственной Думой этих инициатив, само их внесение было полезным.
С 1998 по 2005 А.С.Иванов являлся вице-президентом Всероссийской конфедерации труда, а с момента создания в сентябре 2010 Союза Профсоюзов России по февраль 2012 – его президентом.
В декабре 2011 А.С.Иванов выдвигал свою кандидатуру для участия в выборах мэра города Тольятти, но к выборам допущен не был в связи с признанием части подписей избирателей в его поддержку недействительными. В настоящее время А. Иванов находится на заслуженном отдыхе, при этом поддерживает связь с профсоюзом рабочих АВТОВАЗа «Единство» и помогает ему в работе.
За активное участие в законодательной деятельности в Государственной Думе РФ А. Иванов награждён Медалью ордена «За заслуги перед Отечеством 2-й степени», Почётной грамотой Государственной Думы РФ, Благодарностью Председателя Государственной Думы РФ, а также Почётной грамотой Самарской Губернской Думы.
Своё отношение к окружающему миру и к своему месту в нём А.С.Иванов определяет так: «случайно или осознанно создатель человечества наделил каждого из нас разными способностями, а значит и разными возможностями. При этом источники нашей энергии на планете ограничены, каждый же хочет не только выжить, но и безбедно существовать. Поэтому идёт постоянный процесс борьбы между каждыми из нас, между социальными группами и странами. Более слабые для противостояния в этой борьбе с более сильными объединяются. Например, наёмные работники объединяются для противостояния в борьбе с работодателями. В процессе борьбы происходит и развитие каждого в зависимости от степени напряжения в этой борьбе. В результате слабый становится сильнее и постепенно приближается по своим способностям к сильному, а потом даже может и опередить его. Борись и ты победишь! Помоги в борьбе другим, и ты получишь их признание! Это моё кредо, это и моя жизнь...».
ИГО ─ одно из понятий, используемых для описания существа общественных отношений господства и подчинения (См. Отношения господства и подчинения; Господство; Подчинение).
Во втором издании (1881) «Толкового словаря живого великорусского языка» В.И.Даля иго соотнесено с ярмом, яремом, но считается более употребительным в значениях «тягости нравственной, гнёта управления, чужеземного владычества и порабощения, рабства». В словаре живого языка В.И.Даль считает уместным привести понятия, производные от «ига»: «Иговщик, игоносец, иготерпец, несущий чьё иго, насилие, рабство; удручённый. Иговщина – состояние иговщика и собирательно игоносцы, рабы. Игоносный, носящий иго в прямом или иносказательном значениях».
В 18 издании (1987) «Словаре русского языка» С.И. Ожегова (в котором язык омертвлён и кастрирован) термин «Иго» считается термином высокого стиля и трактуется так: «Иго – угнетающая, порабощающая сила. Иго рабства. Под игом колонизаторов».
С течением времени термин «иго» остался в русской речи в основном для обозначения исторической полосы в истории русского народа и русского государства от 1242 г. до 1472 г. — монголо-татарского ига (См. Иго монголо-татарское). Кроме того, этот термин правомерно использовать для обозначения геополитических отношений типа «господство-подчинение» (См. Геополитика). К примеру, вполне современно звучит понятие «иго колониализма». Но всё-таки в ХХ веке отношения господства и зависимости между странами чаще назывались империализмом и колониализмом (См. Колониализм; Колониальная зависимость; Империализм), а с конца ХХ века стало употребительным понятие «глобализация капитализма» (См. Империализм; Глобализация капитализма).
Геополитическое положение, в котором оказалась Россия после поражения СССР в гонке вооружений и «холодной войне», по сути есть зависимость от международного капитала и стран Запада. Его вполне уместно называть американским игом. В 2000-х годах начинаются попытки противостоять американскому игу, освобождаться от него. История геополитического курса и геополитических акций России и Запада против России в 2000-е и 2010-е годы не может быть адекватно понята без понятий «американское иго» или/и «иго международного капитала».
ИДЕАЛ (идеальное) ─ всеобщая форма целеполагающей деятельности, идеальный образ преобразованного мира или результата преобразовательной деятельности. Идеал (идеальное) в существенной мере предопределяет характер и способы преобразовательной (практической) деятельности (См. Практика общественная).
Порождение и практическое использование идеала приобретает особую роль в становлении и развитии человечества в связи с тем, что преобразовательная практическая деятельность является основной в его жизнеобеспечении. Идеалы ориентируют субъектов общественного действия в пространстве возможностей изменить окружающий мир и общество. Именно из множества вариантов идеально (мысленно) преобразованного мира (и общества) субъект социального действия отбирает (выбирает) вариант, становящийся для него целью практической деятельности.
Как и вся познавательно-практическая деятельность, целеполагающая деятельность всегда социально-субъектна, то есть социально-структурна (См. Структура социальная; Субъектность социальная). Идеал всегда вырабатывается как идеал того или иного социального субъекта, а потому всегда партиен (См. Партийность обществознания). Обычным делом являются намерения, стремления и усилия (особенно пропагандистские) тех или иных социальных субъектов представить свои социально-групповые (классовые) идеалы как идеалы будто бы целообщественные, общенациональные, а то и общечеловеческие. Яркими примерами этого являются исторические судьбы идеалов Свободы, Равенства, Братства, Справедливости, Добра и т.п. (См. «Свобода, равенство, братство!»; Справедливость (как идеал); Добро (как идеал)).
Значение идеалов в жизни общества настолько весомо, что они входят в ряд основ общественного устройства и способов развития.
Учение об идеале прошло великие ступени восхождения. Усилиями И.Канта, И.Г.Фихте и других философов идеал был понят как непротиворечивое совершенство и категорический императив, как ориентир нравственного самосовершенствования. Г.В.Ф.Гегель перенёс идеал в мир противоречий. В его трактовке идеал — постижение противоречивой сущности, но, правда, сущности не реального мира, а духа. Диалектико-материалистический подход развивает представление об идеале до научного предвидения вариантов будущего состояния. Идеал ─ образ изменённого (или изменившегося) мира, возникший в сознании (выработанный сознанием) до того, как изменения произошли в реальной действительности. В таком своём понимании идеал пригоден для определения целей исторического действия.
Приходится учитывать, что научное предвидение (и вообще истина как процесс) не всегда непосредственно сопряжены с практическим целеполаганием. Поэтому идеалом считается научное предвидение в пространстве (в аспекте) целеполагающей деятельности.
Проблемы жизненности (реалистичности) идеала, абстрактной или реальной возможности его осуществления в исторической общественной практике — это уже вопросы, относящиеся к проблематике идеологии, общественной практики, взаимоотношений и соотношения социальных сил (См. Идеология; Практика общественная; Силы социальные; Вариантность будущего; Соотношение социальных сил (в обществе)).
Литература: Ильенков Э.В. Идеал. Идеальное.– Статьи в «Философской энциклопедии», том 2. – М.: ГНИ «Советская энциклопедия». 1962.
ИДЕОЛОГИЯ – то же, что мировоззрение; воспринятая (усвоенная) социальным субъектом система знаний, представлений и убеждений об устройстве мира и ходе истории, о собственном месте в мире, в жизни народа и человечества, о смысле и целях собственной деятельности, о способах и допустимых средствах их достижения. Всё это применительно к общностям и социальным группам принято называть идеологией, а применительно к отдельным людям – мировоззрением (См. Мировоззрение). Важнейшим и решающим предназначением идеологий, их общественной функцией является идейное обеспечение субъектного преображения индивидуальных субъектов в социально-общностные и социально-групповые (См. Субъектное преображение; Субъектный ряд). Индивидуальные субъекты должны превращаться в социальные силы и действовать сплочённо, на основе единства или сходства стратегических интересов и целей. Эту функцию идеологий называют мобилизующей, объединяющей, сплачивающей (См. Сплочённость). Обеспечивается она тем, что исходным и определяющим в идеологиях всегда является обозначение и обоснование идеала, способного быть стратегической целью и содержательным результатом деятельности социальной силы (социальной общности или социальной группы). Идеал – это обычно качественно более высокий рубеж, качественно новое состояние, представляющее собою облик и результат генерального решения всего комплекса наличных социальных (и исторических) проблем. Будущее и полагание стратегических целей занимают в идеологиях центральное место. Сквозь призму достижения желаемого будущего отображаются проблемы и свойства настоящего и прошлого, с тем чтобы вырисовывалась логическая линия движения к стратегической цели (к идеалу). Это отображение можно считать переводом в идеологическую плоскость общей картины мира (См. Картина мира). Идеологии крупных социальных сил (прежде всего общественных классов и движений) требуют для своего обоснования научных разработок. И такие разработки в форме партийных наук об обществе действительно ведутся. Каждой крупной классовой идеологии соответствует своя партийная наука. Методологии при этом тоже партийны. В науках о бытии человечества (об обществе и человеке в обществе) методологиями являются применения идеологий в научных исследованиях (См. Наука; Партийность обществознания; Методология (в науках о бытии человечества); Истина). Хотя крупные социальные силы уделяют внимание научному обоснованию своих идеологий, тем не менее идейное содержание идеологий практически формируется (вырабатывается) идеологами на основе имеющегося народного сознания (См. Сознание народное). Используются различные виды, формы и типы знания и познания – от мифологии до строгой науки и философии. Нередки случаи, когда в ход намеренно пускается и дезинформация (См. Дезинформация). Вся режиссура создания и применения идеологии подчинена задачам мобилизации и активизации сторонников. В этой связи заслуживают уважения те идеологии, которые выстраиваются на основе научных знаний и последовательно гуманистических принципов при высокой моральной и гражданской ответственности идеологов. Такова, например, идеология последовательного (революционного) гуманизма (См. Последовательного (революционного) гуманизма идеология). В реально многосубъектном (гражданском) обществе нормальным состоянием является множественность идеологий. Она не просто допускается, а считается непременной конструктивной частью общественно-политического устройства, защищается и гарантируется государством и народом. Многообразие идеологий соответствует структурности демократических обществ, реальным различиям в социальном положении общностей и социальных групп (в том . числе классов). Без реальной свободы идеологий те или иные социальные группы или общности не могли бы организоваться, сплотиться и действовать как социальные субъекты и как социальные силы. В тоталитарных обществах, напротив, идеологическое многообразие подавляется и не допускается, идеология правящей касты объявляется общенародной, единственно допустимой и государственной, обязательной для всех. Происходит насильственное идеологическое разоружение классов, социальных групп и общностей, а тем самым – и лишение их возможностей полноценного политического действия. Установленные тоталитарными методами политическое бездействие, духовное безмолвие, идейная опустошённость объявляются моральнополитическим и идеологическим единством народа. Идеологии формируют и поддерживают социально-групповое и социально-общностное самосознание и принципы поведения. При этом задачей является самоорганизация того или иного социального субъекта (социальной силы) для долговременного действия, в расчёте на достижение стратегических целей. Стратегической проблемой идеологии всегда является проблема социального положения конкретной социальной группы (класса, касты и т. п.) или социальной общности (См. Положение социальное). Стратегия может состоять в сохранении и упрочении господствующего социального положения; в кардинальном изменении угнетённого или эксплуатируемого положения (вплоть до освобождения от угнетения и эксплуатации); в частичном улучшении социального положения; в компромиссности вынужденных уступок, затрагивающих социальное положение; в достижении или отстаивании независимости страны и народа; и т. д. Характеру стратегических целей должен соответствовать (и обычно действительно соответствует) и характер определяемых идеологией способов (средств, методов) их достижения. Цели, как правило, достигаются в борьбе (См. Борьба), а методы борьбы крайне разнообразны – от мягкого или грубого (насильственного) подавления противников до уговоров, уступок и договорённостей. Для достижения стратегических целей идеологии могут предусматривать пропаганду, создание коалиций и политических союзов, проведение реформ или контрреформ, совершение революций или контрреволюций. Непременным компонентом эффективных действий любая идеология признаёт наращивание политической силы и общественного влияния, сплочённости и организованности того социального субъекта (той социальной силы), об идеологии и стратегии которого идёт речь. Проблемы власти занимают в идеологиях одно из центральных мест. Никакие стратегические проблемы невозможно ни поставить, ни практически решить, оставляя в стороне вопросы власти. Развёрнутая идеология содержит обычно критическую оценку имеющейся власти (её типа, её действий, её перспектив), определение того типа власти, который требуется для достижения намечаемых идеологией стратегических преобразований, а также указание на способы преобразования властных отношений. По характеру стратегических установок (целей) и по характеру способов их достижения определяется (оценивается) обычно и тип идеологий: консервативные, революционные, реформистские, расистские, захватнические, имперские и т. п. По характеру движущих исторических сил – пролетарские, крестьянские, тоталитаристские, народно-освободительные и т. п. С позиций каждой их идеологий все иные идеологии могут оцениваться как прогрессивные или реакционные. Глубокий содержательный смысл имеют понятия «собственная идеология» и «чуждая идеология». Собственной для того или иного социального субъекта (класса, социальной группы, социальной общности) считается идеология, соответствующая его реальному социальному положению и реалистическим перспективам и адекватно и полно отражающая интересы и возможности этого социального субъекта. Чуждой для социального субъекта считается идеология, не соответствующая ни его социальному положению, ни реалистическим историческим перспективам. Чуждая идеология может оказаться (или показаться) привлекательной для социального субъекта в силу частичного сходства его интересов с интересами иных социальных субъектов при принципиальном расхождении их коренных стратегических интересов. Чуждая идеология может показаться привлекательной и в силу заблуждения. К идеологиям применяются также понятия «научная» и «утопическая». Например, научный социализм, утопический социализм (См. Социализм научный; Социализм утопический). Подобное различение идеологий строится не по признаку полноты, глубины и разносторонности научных обоснований идеологий, а по признаку выявления социальной силы, способной активно действовать в истории ради претворения такой идеологии в жизнь. Утопический социализм не мог указать социальной силы, для которой он мог бы стать собственной идеологией. Научный социализм указывал на пролетариат как на реальную историческую силу своего воплощения в жизнь. Поэтому понятие «пролетарский социализм» стало в 19-20 вв. вторым названием научного социализма. Идеологии являются реальным идейным содержанием программ политических партий, движений и организаций. Выполнив свои программные задачи или оказавшись не в состоянии их выполнить, партии, движения и организации прекращают своё существование или реорганизуются. Из этого иной раз делается вывод, будто идеологии недолговечны и редко остаются актуальными более нескольких десятилетий. Это явное недоразумение. На самом деле идеологии столь же долговечны, как и те глубинные противоречия и проблемы бытия народов, духовной реакцией на которые являются идеологии. Идеологии освобождения труда от эксплуатации, освобождения народов от угнетения и иностранной зависимости, идеологии эксплуататоров, захватчиков, имперцев и угнетателей будут существовать и воспроизводиться, покуда жизнь народов основывается на эксплуатации и угнетении. И религии – эти многочисленные иллюзорные идеологии – неустранимы из жизни общества, покуда сохраняются причины, воспроизводящие верования людей в сверхъестественные силы и реальности. Пока в реальной практике существуют и культивируются человечность и бесчеловечность, до тех пор будут существовать и бороться гуманистические и антигуманистические идеологии. Срок их жизни – не десятилетия, а тысячелетия. Другое дело, что конкретные идеологические модификации не так долговечны, как идейные стержни идеологий. В духовной жизни народа всегда реально сосуществует множественность идеологий и обычно не существует единой общенародной идеологии (или национальной идеи). Общенародная (национальная) идея в качестве идеологии может появляться в ситуации смертельной опасности для страны и народа (примеры из истории России – 1812 год, 1941-1945 годы). В периоды нормального (мирного) развития при множестве идеологий выделяется доминирующая идеология (См. Доминанта (в общественном развитии)). Обычно это идеология господствующего класса (касты). Её пробуют изображать и пропагандировать как общенародную идею. В редких случаях господствующая социальная сила пробует изобразить дело так, будто ни у неё самой, ни вообще в обществе нет никаких идеологий, что настали времена всеобщей деидеологизации. Например, в 2000-е годы правящая партия власти «Единство» (а затем «Единая Россия») объявляла себя партией без идеологии. Но идеологию, как и шило в мешке, не утаишь.
Литература: Игитханян М., Келле В., Ковальзон М. Идеология – Статья в «Философской энциклопедии». Том 2. – М. Изд. «Советская энциклопедия». 1962; Спиркин А. Мировоззрение. – Статья в «Философской энциклопедии». Том 3. – М. Изд. «Советская энциклопедия». 1964; Семигин Г.Ю. Идеология. – Статья в «Новой философской энциклопедии». Том 2. – М.: МЫСЛЬ. 2010; Ойзерман Т.И. Мировоззрение. – Статья в «Новой философской энциклопедии». Том 2. – М.: МЫСЛЬ. 2010; Савельева О.О. Идеология. – Статьи в Большой Российской энциклопедии. Том 10. – М.: НИ БРЭ. 2008; Ракитский Б.В., Ракитская Г.Я. Методологический геном будущего обществознания, потребного общественной практике. – В кн.: Ракитская Г.Я. Основные труды. Том 2. – М.: 2017. Стр. 326-363; Ракитская Г.Я. Последовательный революционный гуманизм как новая ступень в развитии собственной идеологии трудящихся. – В кн.: Ракитская Г.Я. Основные труды. Том 2. – М.: 2017. Стр. 307-320
ИДЕЯ ─ одна из форм и один из видов результатов познавательно-практической деятельности социальных субъектов. Идея отражает мир в аспектах его постижения практикующим (преобразующим мир) субъектом (См. Практика общественная). Идея возникает как качественное приращение (продвижение, усложнение, развитие) знания, как момент процесса истины. Она может пройти ряд стадий ─ от эвристической находки, откровения до представления, понятия, гипотезы, теории.
Метафизическое разделение деятельности на науку и практику неправомерно отдаляет идейную форму деятельности от практики. Отсюда широко распространённые «составные» трактовки идеи как формы, отражающей внешний мир и одновременно как включающей в себя цели и перспективы развития и преобразования этого мира. Понимание науки как познавательной стороны практики позволяет трактовать идею в её целостности, то есть как феномен познавательно-практического процесса.
Идеи порождаются (вырабатываются) социально-практикующими субъектами. Поэтому мир идей в той же мере и в тех же отношениях структурен, что и обществен-ная практика. Идеи порождаются (вырабатываются, формируются) в структурированных идеологическом, теоретическом, эстетическом, нравственном, культурном прост-ранствах на основе и как продолжение и результат структурно существующего и воспроизводимого познавательно-практического опыта. По этой причине идеи принадлежат к совокупности идей и представлений какой-либо научной школы (или течения мысли), а идеи об общественных явлениях и процессах — ещё и к какому-либо мировоззрению (и в этом смысле они партийны) (См. Идеология; Мировоззрение; Партийность обществознания).
Так обстоит дело, по крайней мере, с основной массой идей. Часть идей при своём возникновении преодолевает тяготение сложившейся структуры познавательно-практической деятельности, не служит органическим продолжением и формой воспроизведения этой сложившейся структуры. Такие идеи проходят многообразные стадии адаптации (приспособления, притирки) к сложившейся познавательно-практической структуре общества. В итоге они либо принимаются (как правило, частично, аспектно и искажённо), либо игнорируются сложившимся обществом. Лишь некоторые (весьма редкие) из идей становятся основой революционных идеалов и при определённых условиях вызывают общественные движения, приводящие к коренным переменам в обществе (См. Идеал; Идеал социальный; Идеалы революционные).
Всё, что составляет духовное и материальное богатство общества, первоначально было идеями.
Литература: Копнин П.В. Идея. – Статья в «Философской энциклопедии», том 2. – М.: ГНИ «Советская энциклопедия». 1962.
«ИМПЕРИЯ ЗЛА» (по-английски – Evil empire) ─ образное выражение, позаимствованное политиками и политологами для обозначения негативного отношения к тоталитарным имперским государствам современности (См. Империя; Тоталитаризм). Термин вошёл в широкий оборот после речи президента США Р.Рейгана 8 марта 1983 года во Флориде. Р.Рейган назвал тоталитарный СССР империей зла и «средоточием зла в современном мире».
Обозначение тоталитарного СССР как империи зла нашло широкую поддержку не только у американских консерваторов, но и у большинства общественности не только в США, но и во многих странах мира. Нашло оно понимание и поддержку в среде антифашистов (анти-тоталитаристов) в СССР и в странах социалистического лагеря.
Сам Р.Рейган после визита в СССР в 1988 заявил, что перестал рассматривать Советский Союз как «Империю зла». Но те, кто боролся с тоталитаризмом в СССР, продолжали рассматривать и до сих пор рассматривают тоталитарный СССР как империю зла.
В подходе Р.Рейгана прямо просматривалось стремление противопоставить оценки СССР и США как оценки злого и доброго. Дело не дошло до объявления США империей добра. Возможно, потому, что само соединение в одном понятии смыслов «империя» и «добро» было бы соединением взаимоисключающих смыслов. Любая империя – зло, ибо основана на угнетении, на порабощении, на эксплуатации народов. Империй добра нет и быть не можетИНДИВИДУАЛЬНОСТЬ (от лат individuum ─ неделимое) ─ неповторимое своеобразие индивида (человека). Индивидуальность реально противостоит типичному как единичное особенному (См. Тип, Типичное).
Отсутствие достаточной целостности знаний о человеке привело к фрагментарному (подисциплинарно специализированному) изучению индивидуальности и её одностороннему культивированию. В психологии изучение индивидуальности доведено до разработки научных методик и до систематизации (с особенным категориальным аппаратом) свойств человека (привычек, склонностей, настроений, желаний, мотиваций, мыслей, чувств, действий и т.п.). Имеются учения о личности, характере, темпераменте. В педагогике представления об индивидуальности как о ценности служат опорой гуманистических подходов к обучению. В спорте, в искусстве, в церквах, в профессиональной подготовке прагматично и целенаправленно педалируют развитие лишь некоторых свойств человека, ориентируясь, как правило, на коммерческий успех.
Делаются многочисленные попытки преодолеть фрагментарность изучения и односторонность культивирования индивидуальности на основе так называемого междисциплинарного подхода (См. Междисциплинарный подход). Попытки эти могут несколько сгладить односторонность развития и деятельности индивидов, но в конечном счёте не могут привести к преодолению фрагментарности знаний об индивиде и односторонности его развития. Сделать это позволяет только целостный подход (См. Целостность; Целостно обществоведческая методология (целостно обществоведческий подход))
Целостное видение человеческой природы и её реального соотношения с общественными процессами, не деформированное, как ныне, социоцентризмом, ─ залог раскрытия тайны индивидуальности (См. Человек; Человечество; Социоцентризм).
Индивидуальность ─ почти то же самое, что уникальность человеческой жизни. Только об уникальности громко и сенсационно говорят, а об индивидуальности много говорить не принято. А между тем именно индивидуальность каждого ─ реальное богатство человечества и реальный неисчерпаемый ресурс его беспредельного развития. Это богатство и этот ресурс пока что используются человечеством в крайне малой мере. Многое в устройстве общества, базирующемся на эксплуатации человека человеком, рассчитано не на развитие индивидуальности, а на её подавление. Активизировать ресурсы индивидуальности каждого в интересах всех способно только общество без эксплуатации, в котором полное и свободное развитие личности становится условием свободного и полного развития всех.
ИНДУСТРИАЛЬНЫЙ РАБОТНИК ─ обобщённый тип работника в классификации «доиндустриальный работник ─ индустриальный работник ─ постиндустриальный работник» (См. Тип работника). В этой классификации индустриальный работник ─ исходное (базовое) понятие, так как доиндустриальный работник и постиндустриальный работник описываются методом сравнения с индустриальным работником.
Особенности работников индустриального типа связаны прежде всего с работой на крупных предприятиях. Крупные предприятия в сравнении с мелкими используют разделение труда как один из основных ресурсов развития, ускоряют разделение труда, специализацию и комбинирование функций работников. Мастерство непосредственного производителя постепенно утрачивает своё доминирующее значение, уступая первенство мастерству организатора производства. Эта особенность крупного производства явно обозначилась уже в капиталистической мануфактуре (См. Мануфактура).
Во-вторых, крупное производство обзаводится своей технико-технологической базой, недоступной мелкому производству. Крупное производство оказалось способным практически реализовать возможности промышленных революций (См. Промышленная революция; Промышленный переворот; Научно-техническая революция). Первая промышленная революция породила машинную фабрику как вид крупного производства (См. Фабрика; Машинное производство).
Крупное (индустриальное) производство, став доминирующим типом низового звена общественного воспроизводства, не устраняет мелкое производство, а подчиняет его, ставит в контекст индустриальной организации, выделяя ему нечто вроде подсобной функции (производство «на подхвате» у крупного, производство «в порах» крупного индустриального производства). Это существенно модифицирует тип работника в мелком производстве. Доиндустриальный тип работника, свойственный мелкому производству в доиндустриальную эпоху, трансформируется в своеобразный тип индустриального работника, но на мелком производстве. Научно строго тип индустриального работника на мелком производстве не изучен.
Машинная фабрика как основная, типичная форма индустриального предприятия породила новый тип работника ─ рабочего (См. Рабочий). В рабочем нашли свою завершённую форму новый, свойственный и адекватный индустриальной эпохе психо-физический тип работника и новый социальный тип работника (См. Психо-физический тип работника; Социальный тип работника).
Психо-физический тип рабочего формируется, во-первых, тем, что в системе крупного машинного производства рабочему отводится роль придатка машины, и, во-вторых, тем, что рабочий становится частичным работником, то есть не может функционировать в качестве самостоятельного производителя какого-либо блага (товара, услуги). Социальный тип рабочего формируется на базе реальной зависимости от организатора производства (предпринимателя). В капиталистическом обществе это выливается в реальную зависимость трудящихся от капитала, в тоталитарном ─ в полную зависимость трудящихся от тоталитарного режима. При социализме (так в теории) зависимость рабочего от предпринимателя компенсируется народно-демократиче-ским типом власти (См. Советы).
Изучением индустриального работника много и плодотворно занимались (с разных идеологических позиций) К.Маркс и Ф.У.Тейлор.
ИНСТИТУТЫ ОБЩЕСТВЕННЫЕ (институты социальные) – форма общественной самоорганизации исторической общности; устойчивые виды субъектных взаимодействий и соответсвующие им устойчивые формы общественных отношений (См. Общность историческая; Общество; Общественные отношения). Институты как устойчиво повторяющиеся в своей содержательной основе взаимодействия и взаимоотношения субъектов рождены практикой (бытием народа) и для практики. Общинная практика порождала обычаи и традиции как устойчивые формы поведения и действия. С обретением субъектности большинством (в тенденции – всеми) и с возникновением общества обычай и традиция перестали быть подходящими для фиксации (формирования и воспроизведения) устойчивых форм поведения и действия. Возник новый, более гибкий и оперативный способ фиксации и обеспечения устойчивости – способ образования социальных институтов. Для действующих субъектов социальный институт практичен (удобен практически) в двух отношениях: – институт привычен и достаточно надёжен как уже апробированный своим и чужим опытом способ и форма действия. Наличие и использование института не мешает индивидуально модифицировать его. Институт не сковывает индивидуальной выдумки, «тонкой настройки» на особенности обстоятельств и характеров взаимодействующих субъектов, поскольку обеспечивает устойчивость содержания взаимодействий; – институт, обладая устойчивостью, а значит и привычностью содержания взаимоотношений, способствует повышению доверия при взаимодействиях и во взаимоотношениях. Пользование институтом (то есть устойчивой формой) снижает риски при субъектных взаимоотношениях. С возрастанием количества взаимодействий, особенно взаимодействий с незнакомыми субъектами, риски умножаются, а доверие становится фактором понижения рисков (См. Доверие; Риски социальные). Три типа общественных институтов являются основными: а) политические институты – устойчивые виды и формы взаимодействия социальных сил (крупнейших и влиятельнейших субъектов). Три основных типа политических институтов таковы: – социальные (политические) силы (классы, социальные группы, крупные территориальные и социальные общности, объединения социальных сил и др.); – политические процессы (борьба; союзничество; социальное партнёрство; социальная сплочённость и др.); – политические учреждения (государство; представительные, законодательные, исполнительные, судебные органы государственной власти; негосударственные органы публичной власти; армия и т. п.). б) социальные институты – устойчивые исторически длительные виды и формы социального взаимодействия, социальной практики (включая самопознание, самоорганизацию и материальную практику). Три основных типа социальных институтов таковы: – субъекты-представители. Эти институты позволяют субъектам взаимодействовать, когда они выступают не в индивидуальном, а в преображённом качестве, в качестве общностей и социальных групп (См. Преображение субъектное); – институты-регуляторы. Эти институты представляют собою нормальные правила и процедуры субъектных взаимодействий и субъектных взаимоотношений; социальные учреждения. Эти институты представляют собою устройство общественной жизни. Институты по своему существу и содержанию являются способами ориентирования субъектов в современной (послепервобытной) практике. Главная общественная функция институтов – обеспечить опосредованное ориентирование субъектов в практике. Роль опосредованного ориентирования в современном бытии человечества стала доминирующей, а это означает, что институты стали доминирующей формой общественных отношений (См. Отношения опосредованные). По своим специализациям в деле опосредованного ориентирования субъектов в современном бытии народа могут быть выделены следующие основные типы общественных институтов: а) институты-легитиматоры. В обществе множество субъектов становится для каждого отдельного субъекта практически необозримым методом непосредственного наблюдения (невозможно знать всех или даже всех, с кем приходится взаимодействовать). Требуется помощь для распознавания субъектов с теми или иными потребными или допустимыми свойствами (атрибутами), то есть помощь в легитимации субъектов для нужд практического взаимодействия (См. Легитимация; Легитимность). Общество обеспечивает удовлетворение этой потребности, удостоверяя статус (общественно признанное положение, состояние) каждого конкретного участника субъектных взаимодействий. Статус – один из универсальных общественных институтов. Его общественная функция – обеспечивать легитимацию взаимодействующих субъектов (См. Статус); б) институты-регуляторы. Самые общие свойства социальных институтов-регуляторов таковы: – это устойчивые формы субъектных взаимодействий (а потому сами эти взаимодействия и формы, в которых они происходят, правомерно квалифицировать как общественные институты); – они происходят не точечно, не эпизодически, не оторванно друг от друга, а являются универсальными и массово распространёнными событиями (актами) общественной практики. Обобществлённость практики придаёт массе взаимодействий характер и свойства ансамбля, то есть взаимную зависимость и согласованность, органическую взаимосвязанность, свойства целостности; – отсюда проистекают ансамблевые характеристики массы субъектных взаимодействий (институтов) в виде её тяготения к нормальному. Нормальное в своей объективной ипостаси складывается в результате массового взаимодействия субъективных (посубъектных) восприятий тех или иных процессов и явлений как нормальных или отклоняющихся от нормального (справедливых или несправедливых, приемлемых или неприемлемых, честных или нечестных и т. п.). Но, сложившись, нормальное становится нормой, не зависящей от воли и сознания отдельных субъектов и способной выполнять роль посредника при взаимодействиях, опосредовать взаимодействия субъектов, быть институтом-регулятором. Общие свойства институтов-регуляторов по-особенному проявляются в каждой из сфер (секторов) бытия народа. Например, в народном хозяйстве, организованном на основах сложной кооперации разделённого труда, для регулирования обмена деятельностью используется институт стоимости (стоимостные отношения) (См. Стоимость; Хозяйство общественное; Разделение труда; Обмен деятельностью; Кооперация труда). в) социальные роли. Социальная роль представляет собою, как правило, устойчиво выполняемую (или должную быть выполняемой) общественную функцию субъекта (например, организатор, продавец, покупатель, руководитель, контролёр, кормилец, иждивенец, опекун и т. п.). Роль может совпадать или не совпадать со статусом. Будучи устойчиво выполняемой и будучи содержанием субъектного действия (и взаимодействия) социальная роль должна признаваться социальным институтом. г) институты социального позиционирования. Это институты, фиксирующие нахождения субъектов на тех или иных сходных или противоположных позициях по тем или иным практически важным вопросам. Один тип таких институтов – институты социального позиционирования окружающих. Возможно позиционирование окружающих не только по отношению с себе, но и по отношению друг к другу и по отношению к устройству бытия народа. Другой тип – институты социального самопозиционирования субъектов (институты ценностей и отчуждённости). Эти общественные институты суть устойчивые отношения субъектов к обществу как к среде жизнедеятельности и как к комплексу ресурсов жизнеобеспечения. По своей природе такие отношения суть явления социально-психологического порядка. Их содержание – оценивание субъектами степени благоприятности или неблагоприятности условий жизнедеятельности и жизнеобеспечения в данном обществе. Благоприятность воспринимается как ценность (ценности), неблагоприятность формирует отчуждённость (См. Ценности; Отчуждённость). То есть в соответствии с устойчивыми оценками субъекты позиционируют себя в обществе. Институты представляют собою важный компонент устройства бытия народа. При устойчивых состояниях бытия народа тип институтов соответствует характеру этих состояний (См. Формация общественно-экономическая ). При исторической перемене устройства бытия (при радикальных реформах и особенно при революциях) вся система общественных институтов претерпевает полосу преобразований (См. Реформы радикальные; Реформы революционные: Реформы социально-структурные ).
Литература: Ракитская Г.Я. Марксистская версия социальных институтов и институциональных преобразований. Опыт анализа и актуального продвижения методологии. – В книге: Ракитская Г.Я. Основные труды. Том 2. Идеология последовательного (революционного) гуманизма. Теория общества и хозяйства. – М.: Школа трудовой демократии имени Г.Я. Ракитской; ПРОБЕЛ-2000. 2017. Стр. 59-158
ИНСТИТУТЫ СОЦИАЛЬНЫЕ (общественные, социально-экономические, экономические). Категория “институт” (“институция”) определяется не только по-разному, но и, как правило, недостаточно строго теми, кто использует её в своих работах в качестве базовой (институционалисты) (См. Институционализм).
Исследователи, работающие в рамках или под влиянием традиции институционализма (направление экономической мысли, возникшее столетие назад), относят к институтам разноплановые (разной природы) конкретные формы организации взаимодействий между людьми, которые накладывают ограничения на индивидуальное поведение. Институционализм претендует на объяснение социально-экономической истории во всём её многообразии и пытается это сделать путём разработки теории происхождения, функционирования и трансформации институтов. Такой подход позволяет зафиксировать сходство и различия организационных форм разных периодов и разных стран. Он рождает любопытные исторические и сравнительно-аналитические описания, но существенно ограничивает возможности социального прогнозирования, не позволяет с достаточной уверенностью отделить случайное, временное, пробно-ошибочное от закономерного, устойчивого, социально (объективно) обусловленного.
В отличие от институционалистов исследователи, работающие в марксистской методологической традиции (влияние которой, по меньшей мере, на терминологию институционалистов иной раз чётко прослеживается), стремятся строго различать а) сущность общественных процессов и отношений (наиболее устойчивые взаимосвязи), б) объективное содержание (объективную структуру) процессов и отношений и в) конкретно-исторические организационные формы, в которых реально проявляются (“являются”, применяются, складываются) сущностные и содержательно-структурные стороны общественных систем.
В таком методологическом пространстве правомерно под социальными институтами понимать систему форм организации общественных отношений и взаимодействий и выделять в этой системе социально-организационные формы, по меньшей мере, двух разных уровней конкретности:
а) содержательные формы (институты первого рода). Они выполняют в разных обществах и на разных этапах их развития одни и те же по сути (однотипные) объективно обусловленные социальные функции (государство, собственность, частная собственность, наемный труд, общественное иждивение, предприятие и т.д. и т.п.);
б) конкретно-явленческие формы (институты второго рода) ─ конкретно-исторические организационные формы, обеспечивающие реализацию объективно обусловленных социальных функций (формы государства; конкретные нормы и правила, которые регулируют отношения собственности, способы хозяйствования, порядок найма и использования наёмной рабочей силы; конкретные системы социального обеспечения и т.п.).
Институты второго рода складываются под влиянием целого ряда факторов, в том числе чисто случайных, что даёт большое разнообразие конкретных форм ─ регламентирующие и стимулирующие, осознанные и неосознанные, принимаемые (усвоенные) и отчуждаемые и пр. Одинаковы все они в одном – в том, что они есть проявление содержательных объективных отношений, что обеспечивает им характер системы.
В основе научно корректного сравнительного анализа институтов второго рода лежит вычленение и сопоставление таких комплексов конкретно-исторических организационных форм, которые выполняют однотипные или разнотипные социальные функции. Некорректен, напротив, сравнительный анализ, основанный лишь на внешнем сходстве или внешнем различии отдельных форм.
В институциональных (организационных) системах как первого, так и второго рода следует различать две существенно разные подсистемы:
институционально-субъектную и
институционально-регулирующую.
Институты-субъекты – это организационные структуры (органы, организации, движения), которые выступают сторонами конкретных общественных взаимодействий. Это представители первичных социальных субъектов – элементов социальной структуры общества (социальных групп и общностей) (См. Субъекты; Субъектность; Субъекты социальной политики первичные; Субъекты-представители в социальной политике).
Реальные субъекты-представители – это органы, организации, движения, которые адекватно выражают (представляют) и весомо отстаивают (проводят) интересы соответствующих первичных субъектов. Они выступают как реальные субъекты социальной политики – социальные силы (См.Силы социальные).
На практике могут существовать и существуют формальные (декоративные) институты-субъекты – организационные структуры, которые не имеют реального веса в социально-политической жизни, поскольку у них нет достаточно широкой поддержки в обществе, то есть нет собственной социальной базы (См. База социальная). Разновидности формальных (декоративных) субъектов-институтов: субъекты-претенденты и манипулируемые субъекты.
Организационные структуры, не имеющие реальной поддержки в социальных группах или социальных общностях, на представительство интересов которых они претендуют (субъекты-претенденты), – явление, довольно распространенное в демократическом обществе и закономерное для переходного общества, стремящегося перейти от диктатуры к демократии (См. Диктатура, Демократия, Тоталитаризм).
Манипулируемые субъекты – это инструмент проведения интересов иных социальных групп или общностей, нежели те, от имени или в интересах которых они якобы (на словах) выступают. В условиях тоталитарных и других диктатурных режимов действует особый тип манипулируемых институтов-субъектов. Тоталитарное государство (и вообще диктатура) допускает существование институтов, якобы представляющих интересы подчинённых социальных групп. Но предельная зависимость от государства предопределяет их функционирование как объектов государственной политики, а не как хотя бы претендентов на реальную субъектность.
Согласно либеральным концепциям государство является (а в социал-реформистских, социал-партнёрских концепциях – должно быть) надклассовым социальным институтом, то есть государство воспринимается как фактический, в тенденции или в идеале реальный субъект-представитель всех социальных групп, всех классов. Марксизм решительно отвергает такие представления и осмысливает государство – и на уровне объективных социальных функций, и на уровне конкретно-исторической практики – как субъект-представитель господствующего класса, без активной роли которого (государства) в сфере организации общества и хозяйства невозможно сохранение качественной специфики данного общественного строя (См. Государство; Власть).
Институты-регуляторы организуют взаимодействия институтов-субъектов.
К институтам-регуляторам первого рода относятся такие принципиальные способы организации общественных взаимодействий, как «власть», “согласование (или подавление) интересов и действий”, “общественные требования к результатам и способам функционирования экономики в целом и составляющих её элементов”, “стимулирование”, “запрещение”, “планирование”, “общественный контроль”, “обычаи”, “традиции” и т. п.
Институты-регуляторы второго рода – это совокупность конкретных государственно-правовых и договорных норм регулирования общественных взаимодействий, сложившихся конкретных норм морали, обычаев и традиций, в том числе функционирующий в дополнение к официально установленным нормам или вопреки им фактический порядок осуществления общественных процессов.
Непосредственным объектом реформаторской деятельности при общественных преобразованиях (в том числе в переходные периоды) являются социальные институты и только социальные институты. Если не вмешиваться впрямую в биологическую природу человека, то невозможно изменить общественные отношения, минуя институциональный уровень. Такое представление согласуется с гуманистическими представлениями о человеке как совокупности общественных отношений. Меняются общественные отношения – и в этом смысле и в этом объёме меняются люди.
Противоположная (антигуманная) позиция – представления об обществе как сумме индивидов и о необходимости изменить самого человека (вывести новую “породу” людей), чтобы переменить характер общественных отношений. В истории концепции изменения природы человека как предпосылки изменения общества либо порождали наивные надежды на массовое самосовершенствование людей, либо выливались в тоталитарную практику “перевоспитания” народа, в фашистскую практику физического уничтожения якобы “неполноценных” людей, этнических и прочих чисток.
В России в ходе переходного периода после четвёртой русской революции был создан целый ряд правовых институтов-регуляторов буржуазно-демократического характера. Это давало возможность становления институционально-субъектной структуры гражданского (многосубъектного) общества, развития не только организованного сопротивления разрушительным акциям в социальной и социально-экономической сферах, но и возможность организованного конструктивно-оппозиционного воздействия на властные структуры. Однако разрушительные процессы шли в опережающем принудительном режиме, что привело к замещению социальной структуры казарменно-кастового общества социальной структурой и институтами, отражающими процессы социальной деградации.
Институциональные реформы в целях возрождения России должны были разблокировать процесс становления производящего эффективного предпринимательства. И, что главное, должны были разблокировать процесс социальной самоорганизации эксплуатируемых трудящихся, которая необходима для их превращения в полноценных субъектов социально-политического действия – основной гарантии демократического развития и устойчивости демократии. Однако такие реформы не были проведены, и переход к демократии не состоялся.
Литература: Ракитская Г.Я. Марксистская версия социальных институтов и институциональных преобразований. Опыт анализа и актуального продвижения методологии. – М.: Институт перспектив и проблем страны. 2000; Ракитская Г.Я. Социально-трудовые отношения (общая теория и проблемы становления их демократического регулирования в современной России). Глава 4. – М.: Институт перспектив и проблем страны. 2003.
ИНТЕРЕСЫ СОЦИАЛЬНО-ГРУППОВЫЕ (КЛАССОВЫЕ) ─ проблемно осознанное социальной группой (классом) её социальное положение. Социальное положение множества людей, составляющих социальную группу (или класс), объективно (в том смысле, что существует реально). Но динамика (направленность, скорость, варианты изменений) социального положения происходит при активном сознательном субъектном действии. Целенаправленность субъектного действия и вызывает у социальной группы необходимость осознавать своё фактическое и желаемое социальное положение со стороны коренных жизненных проблем, возможностей его улучшения и опасностей ухудшения. (См. Интересы; Группы социальные (общественные); Классы; Социальное положение; Субъектность)
Социально-групповые (классовые) интересы вторичны (производны) по отношению к потребностям (ре-альным жизненным нуждам) социальной группы (класса), но первичны по отношению к правовым нормам, так или иначе отражающим или игнорирующим эти интересы (См. “Законные интересы”).
Наличие, отсутствие, развитость или неразвитость системы социально-групповых (классовых) интересов ─ показатель уровня развитости политической культуры в обществе. Класс, социальная группа, не осознавшие своего реального социального положения, не сформировавшие устойчивую систему социально-групповых (классовых) интересов, не готовы к сознательному участию в классовой борьбе, в социально-политических взаимодействиях. На развитости системы социально-групповых (классовых) интересов зиждется вероятность и потенциал солидарных действий.
Тот факт, что интересы суть осознанные потребности, всегда содержит в себе возможность (абстрактную и реальную) неадекватности представлений об интересах реальному положению социальной группы (класса) в обществе. Социально-групповое (классовое) сознание (в том числе и в части системы интересов) обычно складывается из неравномерно развитых составных частей. К реальной социальной группе (классу) объективно принадлежат и люди, полно и адекватно осознающие своё общественное положение, и люди, осознающие его лишь частично, отрывочно (фрагментарно), и люди, иллюзорно воспринимающие своё место в жизни и свои перспективы. В реальном общественном демократическом движении это обстоятельство учитывается разными способами, включая принцип фракционности (См. Фракции), налаживание демократических взаимоотношений меньшинства и большинства (См. Меньшинство, Большинство, “Меньшинство подчиняется большинству”), разъяснительную работу, классовую пропаганду и классовое просвещение.
«ИНТЕРНАЦИОНАЛ» — революционная песня, занявшая (и продолжающая занимать) особое место в демократическом социалистическом и коммунистическом рабочем движении ─ место главной песни (классового международного гимна).
Текст песни создан французским поэтом Эженом Потье (1816-1887) (См. Потье Эжен) в июне 1871 (по некоторым исследованиям, возможно, чуть раньше, в 1870). Позже текст дорабатывался автором. Язык оригинального текста ─ французский. Впервые стихотворение “Интернационал” опубликовано в 1887 в Париже в книге Э.Потье “Революционные песни” (издана стараниями старых коллег Эжена Потье по Парижской Коммуне).
Выдвижению “Интернационала” Э.Потье на роль главной классовой международной песни в немалой мере способствовал программный характер текста. Попытки создать песню-программу борьбы делались и до Э.Потье. Но они в лучшем случае обозначали коренные проблемы общества и общие (принципиальные) средства их решения. Так, песня “Интернационал” (псевдоним автора ─ “Народ”, издана в г. Льеже в 1870) призывала объявить войну голоду, нужде и гнёту невежества и бороться путём всеобщего избирательного права и прогресса науки. В отличие от этого, “Интернационал” Э.Потье сосредоточен на расстановке классовых сил, на “финальной” классовой битве, на том, что будет создано нами, объединившимися (например, “извлечь дух из заточения, спасти от темницы”). Сильнейшая тема текста Э.Потье ─ безусловная историческая справедливость революции, ибо речь идёт об изменении основ, устоев общественного устройства (в подлиннике так: “Массы рабов, вставайте, вставайте! Мир изменится основательно: мы – ничто, давайте будем всё!”).
L'Internationale
(Интернационал)
(franзais)
Paroles: Eugиne Pottier
Musique : Pierre Degeyter
Au citoyen Gustave Lefranзais,
membre de la Commune
Debout! les damnйs de la terre!
Debout! les forзats de la faim!
La raison tonne en son cratиre,
C'est l'йruption de la fin.
Du passй faisons table rase,
Foule esclave, debout! debout!
Le monde va changer de base:
Nous ne sommes rien, soyons tout!
Refrain:
C'est la lutte finale
Groupons-nous, et demain,
L'Internationale
Sera le genre humain. (bis)
n'est pas de sauveurs suprкmes:
Ni Dieu, ni Cйsar, ni tribun,
Producteurs, sauvons-nous nous-mкmes!
Dйcrйtons le salut commun!
Pour que le voleur rende gorge,
Pour tirer l'esprit du cachot,
Soufflons nous-mкmes notre forge,
Battons le fer quand il est chaud!
L'Йtat comprime et la loi triche;
L'Impфt saigne le malheureux;
Nul devoir ne s'impose au riche;
Le droit du pauvre est un mot creux.
C'est assez languir en tutelle,
L'Йgalitй veut d'autres lois;
«Pas de droits sans devoirs, dit-elle,
Йgaux, pas de devoirs sans droits!»
Hideux dans leur apothйose,
Les rois de la mine et du rail
Ont-ils jamais fait autre chose
Que dйvaliser le travail.
Dans les coffres-forts de la bande
Ce qu'il a crйй s'est fondu.
En dйcrйtant qu'on le lui rende
Le peuple ne veut que son dы.
Les rois nous soыlaient de fumйes,
Paix entre nous, guerre aux tyrans!
Appliquons la grиve aux armйes,
Crosse en l'air et rompons les rangs!
S'ils s'obstinent, ces cannibales,
A faire de nous des hйros,
Ils sauront bientфt que nos balles
Sont pour nos propres gйnйraux.
Ouvriers, paysans, nous sommes
Le grand parti des travailleurs;
La terre n'appartient qu'aux hommes,
L'oisif ira loger ailleurs.
Combien de nos chairs se repaissent!
Mais, si les corbeaux, les vautours,
Un de ces matins, disparaissent,
Le soleil brillera toujours!
1871/1887
Vйrsion originelle de 1871
(Оригинальная версия 1871 года)
C'est la lutte finale,
Groupons-nous et demain
L'internationale
Sera le genre humain.
Debout! l'вme du prolйtaire!
Travailleurs groupons-nous enfin,
Debout! les damnйs de la terre!
Debout! les forзats de la faim!
Pour vaincre la misиre et l'ombre
Foule esclave, debout! debout!
C'est nous le droit, c'est nous le nombre:
Nous qui n'йtions rien soyons tout.
Il n'est pas de sauveurs supкmes,
Ni dieu, ni cйsar, ni tribun.
Travailleurs sauvons-nous nous-mкmes
Travaillons au salut commun.
Pour que les voleurs rendent gorge,
Pour tirer l'esprit du cachot,
Allumons notre grande forge!
Battons le fer quand il est chaud!
Les rois nous soыlaient de fumйes
Paix entre nous! guerre aux tyrans!
Appliquons la grиve aux armйes
Crosse en l'air! et rompons les rangs!
Bandit, prince, exploiteur ou prкtre
Qui vit de l'homme est criminel;
Notre ennemi c'est notre maоtre:
Voilа le mot d'ordre йternel.
L'engrenage encore va nous tordre:
Le capital est triomphant:
La mitrailleuse fait de l'ordre
En hachant la femme et l'enfant.
L'Usure, folle en ses colиres
Sur nos cadavres calcinйs
Soude a la grиve des salaires
La grиve des assassinйs.
Ouvriers, paysans, nous sommes
Le grand parti des travailleurs;
La terre n'appartient qu'aux hommes,
L'oisif ira loger ailleurs.
C'est de nos chairs qu'ils se repaissent!
Si les corbeaux, si les vautours,
Un de ces matins, disparaissent...
La terre tournera toujours.
Qu'enfin le passe s'engloutisse!
Qu'un genre humain transfigurй
Sous le ciel clair de la Justice
Murisse avec l'йpi dorй!
Ne crains plus les nids de chenilles
Qui gвtaient l'arbre et ses produits
Travail, йtends sur nos familles
Tes rameaux tout rouges de fruits.
1871
ИНТЕРНАЦИОНАЛ 1871
Слова: Эжен Потье Музыка: Пьер Дежейтер
(построчный перевод с французского ─ М.Д.Мандель)
Вставайте, проклятые земли /мира/,
Вставайте, каторжане голода!
Разум гремит /бушует/ в своем кратере,
Это ─ извержение конца.
Из прошлого сделаем чистый лист /tabula rasa/.
Массы рабов, вставайте, вставайте!
Мир изменится основательно
Мы – ничто, давайте будем всё!
Это ─ последняя борьба,
Объединимся, и завтра
Интернационалом
Будет род людской.
Нет высшего спасителя,
Ни Бога, ни Царя, ни трибуна.
Производители, сами спасём себя!
Объявим /декретируем/ общее спасение!
Чтобы вор отдал награбленное,
Чтобы спасти дух от темницы /тюрьмы/,
Раздуем сами нашу кузницу,
Куём железо, пока оно горячо.
Это ─ последняя борьба,
Объединимся, и завтра
Интернационалом
Будет род людской.
Безобразны они в своем торжестве /апофеозе/
Короли шахт и железных дорог.
Занимались ли они когда-либо другим, кроме того,
Чтобы обдирать труд?
В сейфы этой шайки
Исчезло то, что он /т.е. труд/ создал;
Декретируя, чтобы ему это вернули,
Народ желает только того, что по праву принадлежит ему /что ему должны /
Это ─ последняя борьба,
Объединимся, и завтра
Интернационалом
Будет род людской.
Короли нас спаивали химерами,
Мир среди нас, война тиранам!
Применим забастовку к армиям,
Приклад ─ в воздух и выйдем из строя!
Если эти каннибалы настаивают
Из нас сделать героев,
Они скоро узнают, что наши пули ─
Для наших собственных генералов.
Это ─ последняя борьба,
Объединимся, и завтра
Интернационалом
Будет род людской.
Рабочие, крестьяне, мы являемся
Великой партией трудящихся;
Земля принадлежит только людям, /так и написано!/
Праздный пойдет жить в другое место.
Как долго будут они насыщаться нашей плотью?
Но если однажды утром
Исчезнут вороны, хищники
Солнце засветит навсегда.
Это ─ последняя борьба,
Объединимся, и завтра
Интернационалом
Будет род людской.
Вскоре после выхода “Революционных песен” Э.Потье мзр города Лилля передал экземпляр книги Пьеру Дежейтеру (1848-1932) (См. Дежейтер Пьер) ─ руководителю любительского хора “Лира рабочих”. Предстоял певческий праздник, нужна была новая песня. П.Дежейтер ─ резчик по дереву, композитор-любитель ─ описывает, что было дальше: “... Вернувшись домой, я сейчас же взялся за книгу и по странной случайности открыл её на “Интернационале”. Он показался мне великолепным для хора, но неудобным для пения, так как в нём было 6 куплетов. На другое утро я сочинил и записал начерно музыку куплетов, а на следующий день мне удалось присочинить к ней хороший припев”.
Через несколько дней ─ 23 июня 1888 ─ на празднике продавцов газет в Лилле “Интернационал” был исполнен хоровым кружком “Лира рабочих” под управлением П.Дежейтера. В том же году песня издана в Лилле нотной листовкой (тираж 6 тыс. экземпляров).
Теперь «Интернационал» переведён на многие языки мира и поётся во всех странах мира. Первый перевод на русский опубликован в 1902.
ИНТЕРНАЦИОНАЛ
слова Эжена Потье (Париж, 1871)
музыка Пьера Дегейтера (1888)
перевод на русский
Аркадия Яковлевича Коца (1902, 1931)
|
Гражданину Гюставу Лефрансье члену Коммуны |
Вставай, проклятьем заклеймённый
Весь мир голодных и рабов
Кипит наш разум возмущённый
И в смертный бой вести готов.
Весь мир насилья мы разроем
До основанья, а затем
Мы наш мы новый мир построим,
Кто бы никем, тот станет всем!
|
|
Припев: Это есть наш последний И решительный бой. С Интернационалом Воспрянет род людской |
Никто не даст нам избавленья:
Ни бог, ни царь и не герой
Добьёмся мы освобожденья
Своею собственной рукой.
Чтоб свергнуть гнёт рукой умелой,
Отвоевать свое добро —
Вздувайте горн и куйте смело,
Пока железо горячо!
Припев.
Довольно кровь сосать, вампиры,
Тюрьмой, налогом, нищетой!
У вас — вся власть, все блага мира,
А наше право — звук пустой!
Мы жизнь построим по иному —
И вот наш лозунг боевой:
ВСЯ ВЛАСТЬ НАРОДУ ТРУДОВОМУ!
А дармоедов всех долой!
Припев.
Презренны вы в своём богатстве,
Угля и стали короли!
Вы ваши троны, тунеядцы,
На наших спинах возвели.
Заводы, фабрики, палаты —
Всё нашим создано трудом.
Пора! Мы требуем возврата
Того, что взято грабежом.
Припев.
Довольно, королям в угоду,
Дурманить нас в чаду войны!
Война тиранам! Мир Народу!
Бастуйте, армии сыны!
Когда ж тираны нас заставят
В бою геройски пасть за них —
Убийцы, в вас тогда направим
Мы жерла пушек боевых!
Припев.
Лишь мы, работники всемирной
Великой армии труда
Владеть землёй имеем право,
Но паразиты — никогда!
И если гром великий грянет
Над сворой псов и палачей,
Для нас всё так же солнце станет
Сиять огнём своих лучей.
|
|
Это есть наш последний И решительный бой. С Интернационалом Воспрянет род людской |
1871
В 1889 «Интернационал» стал гимном II Интернационала (См. Интернационал второй). С 1906 ─ гимн РСДРП (См РСДРП), с 1943 ─ гимн ВКП(б) (См. ВКП(б)). В 1924-1943 укороченный вариант «Интернационала» был гимном СССР. Официальный гимн Социалистического интернационала (См. Интернационал социалистический (Социнтерн)). Некоторые страны использовали или используют «Интернационал» как государственный гимн.
В современной России некоторые классовые демократические профсоюзы и левые демократические организации исполняют «Интернационал» на своих съездах и конференциях.
Литература: Дрейден С. Песнь песней революции: страницы истории «Интернационала». – М.: 1988; «Интернационал» ─ статья в «Большой Российской энциклопедии», том 11. ─ М.: НИ «БРЭ». 2008.
ИНТЕРНАЦИОНАЛЬНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ТРУДЯЩИХСЯ И ЭКСПЛУАТИРУЕМЫХ (РАБОЧИЙ УНИВЕРСИТЕТ) ─ классовое высшее учебное заведение, создание которого провозглашено 19 декабря 2001 г. “Декларацией о создании Интернационального Университета трудящихся и эксплуатируемых (Рабочего Университета)”. В “Декларации...” приводятся мотивы создания Рабочего Университета (ИУТЭ) и начальный план приступа к осуществлению этого классового интернационального проекта.
===============================================
ДЕКЛАРАЦИЯ о создании Интернационального Университета трудящихся и эксплуатируемых (Рабочего Университета)
Мы, подписавшие эту Декларацию, решили создать классовое высшее учебное заведение - Интернациональный Университет трудящихся и эксплуатируемых (Рабочий Университет).
Приводим мотивы нашего решения и начальный план приступа к его осуществлению. Надеемся, что наша инициатива будет обогащена идеями, замыслами и делами товарищей, активных единомышленников.
1.
Мир меняется, и в нём есть всё - кроме Справедливости. Несправедливостью же пропитана вся наша жизнь, начиная от конкретных событий и кончая самим устройством современного общества.
Нам внушают, что так и должно быть, что так от века устроен мир и что он не может быть устроен иначе.
Не верьте. Справедливость возможна и необходима. Возможна не в отдельных только случаях, а как система, как образ жизни общества. Необходима и доступна не отдельным счастливчикам, а каждому, большинству, всем.
С научной строгостью установлено, что социальная несправедливость коренится в эксплуатации - в принудительном социальном донорстве эксплуатируемых и угнетённых в пользу эксплуататоров и угнетателей. Эксплуатация длится веками, меняя свой облик, формы и способы осуществления. Но её негуманная суть, её социальная несправедливость остаётся, возобновляется, воспроизводится.
Сознательно сопротивляться эксплуатации, бороться с эксплуатацией - значит бороться с несправедливостью. Навсегда освободиться от эксплуатации как системы общественного устройства - значит создать справедливое общество.
Научно доказано, что справедливое общество - не утопия, а создать его в перспективе может трудящийся и ныне эксплуатируемый народ. Самоосвобождение труда от эксплуатации - вот реально возможная благоприятная перспектива. Исторические попытки такого самоосвобождения от эксплуатации предпринимались трудящимися и эксплуатируемыми, но они, к сожалению, терпели поражение, искажались серьёзными деформациями.
Исторические неудачи не вселяют в нас исторического пессимизма. Только в борьбе с эксплуатацией трудящийся человек сохраняет и обретает человеческое достоинство, поднимается до вершин благородства, до последовательного и реальнейшего гуманизма.
Эксплуатируемые не хотят быть рабами - и это их первый шаг к Свободе. Эксплуатируемые не хотят стать господами - и это уже их необратимая Свобода.
Борьба за самоосвобождение от эксплуатации - высшая нравственная и жизненная ценность для трудящегося и эксплуатируемого.
Нет человека, которому недоступно понять и принять это.
2.
Классовая борьба успешна, а классовая победа закономерна только в том случае, когда трудящиеся и эксплуатируемые повседневно живут этой борьбой и готовятся к своей грядущей победе. Причиной множества поражений и упущенных возможностей бывала в истории рабочего и других освободительных движений неготовность к борьбе и к победе.
Социальный взрыв, революционный вихрь, отчаянная решимость, натиск, прорыв - всё это великолепно и необходимо. Но успех борьбы и удержание как тактических, так и революционных завоеваний в решающей мере зависят от степени идеологической самоопределённости и политической организованности трудящихся классов.
Классовая борьба рождает свой опыт, свои умения, то есть культуру борьбы. Это классовая культура, как и всякая культура вообще. Она не идёт поперёк совокупной культуре общества, она является вкладом в неё, её неотъемлемой частью. Взаимодействие с культурой других классов обогащает культуру трудящихся и эксплуатируемых. Если, конечно, мы, трудящиеся и эксплуатируемые, дорожим своей классовой культурой и её ценнейшим компонентом - культурой классовой борьбы.
Огромная социальная опасность таится для нас в бездумном усвоении идеологий эксплуататорских классов, пропагандируемых обычно “в пакете” с общечеловеческими моральными и культурными ценностями. Ещё большая социальная опасность - усвоение идеологии аполитичности и эрзац-культуры (массовой культуры).
Опыт классовой борьбы трудящихся и эксплуатируемых преподал нам важнейший урок: успешно бороться и идти к классовой победе, удерживать классовую победу может только культурный класс. Культурным является класс, выработавший, усвоивший, осознавший и культивирующий собственную идеологию и собственную систему гуманитарных ценностей.
Культурный класс развивает и обустраивает в обществе своё культурное пространство - общественное пространство жизни класса. Именно в этом культурном пространстве накапливается, передаётся новым поколениям, вызревает и крепнет культура классовой борьбы, необходимая и достаточная для ощутимых тактических побед и для грядущей стратегической революционной классовой победы.
Развитие общественного пространства жизни класса (культурного классового пространства) - одно из слабых мест в рабочем движении и других освободительных движениях.
Классового высшего образования у трудящихся и эксплуатируемых пока нет. А у эксплуататорских классов такое образование есть, и уже давно. Из этого различия проистекают многие неблагоприятные для нашего движения следствия.
Создание Рабочего Университета призвано начать историю высшего классового образования трудящихся и эксплуатируемых и в перспективе вызвать развитие нового сегмента общественного пространства жизни нашего класса и его борьбы за достойное общественное положение.
3.
Сейчас, на стадии принятия решения и при самом начале возникновения Рабочего Университета уместно сформулировать общие целевые установки и обозначить основные первоначальные дела.
Общая задача - сделать доступной для трудящихся и эксплуатируемых систему гуманитарных знаний, выработать эффективную систему преподавания и в итоге давать трудящимся гуманитарное образование, качественно превосходящее образование, доступное эксплуататорскому классу. Момент качественного превосходства - принципиальный, основной целевой момент. Здесь нет альтернативы. Чтобы победить эксплуататорский класс, надо превзойти его культурно, включая и превосходство в образованности.
Рабочий Университет, как мы полагаем, надо начинать практически с нескольких концов:
Начинать развитие высшего классового гуманитарного образования - трудно, очень трудно. Не начинать - нельзя.
Пусть помогут нам, как и в других делах, Сплочённость, Настойчивость, Солидарность!
Ракитский Борис Васильевич
Мандель Марк Давид
Ракитская Галина Яковлевна
Мысляева Ирина Николаевна
19 декабря 2001 г.
===============================================
Первоначальную учебно-методическую базу Рабочего университета составила учебная, методическая, организаторская, издательская и научная деятельность Школы трудовой демократии (основана в 1994 г.) и академического Института перспектив и проблем страны (основан в 1991 г.). (См. Институт перспектив и проблем страны; Школа трудовой демократии имени Г.Я. Ракитской).
На семинарах и в публикациях Школы трудовой демократии, в научных разработках и публикациях Института перспектив и проблем страны ведётся пропаганда необходимости и ценности классового высшего образования, накапливаются методические разработки, формируются программы учебных курсов Рабочего университета.
ИУТЭ (Рабочий университет) стал одной из организаций, под грифом которых осуществляется периодическое издание “Энциклопедия трудящегося и эксплуатируемого народа” (в 2019 вышел двухтомник «Энциклопедии…», выпуски 20 и 21). С июня 2004 г. начато периодическое издание “Университетский вестник”, освещающее внутреннюю жизнь ИУТЭ (всего вышло 9 номеров; после 2009 издание временно приостановлено). С 2005 начато научное периодическое издание ИУТЭ ─ альманах “Обществознание большинства” (к началу 2019 вышел 21 выпуск).
1 мая 2004 г. зачислены первые 17 студентов. На 1 января 2008 в ИУТЭ числилось 47 студентов. Планировались занятия по программам “Общество и человек в обществе”, “Трудящиеся и эксплуатируемые как общественный класс” и “Социально-трудовые отношения”.
Первые годы занятий в ИУТЭ(РУ) дали полезный опыт развития высшего классового образования. Показали свою жизнеспособность оригинальные методики преподавания (в их числе: вступительные сочинения на заданные темы; направляемые программы саморазвития; взаимное рецензирование сочинений как способ воспитания товарищеских отношений и тяги к товариществу). После 2009 начатые занятия постепенно сошли на нет в виду неготовности студентов к упорным и регулярным самостоятельным занятиям. Есть надежда, что занятия возобновятся.
В 2016-2017 в ИУТЭ(РУ) проведён специализированный курс «Основы социалистического хозяйствования». Программа спецкурса издана.
На начало 2019 Рабочий университет (ИУТЭ) не зарегистрирован как юридическое лицо. Приняты и опубликованы “Официальные документы Университета” и “Материалы к разработке Концепции Университета. 2001-2006”.
Подготовлены и изданы собственные учебники “Социально-трудовые права и свободы” и «Российские революции начала ХХ века (1900-1921).
На кафедре обществознания ИУТЭ(РУ) развёрнуто фундаментальное исследование «Наука о бытии человечества (общество и человек в обществе)». С использованием наработок исследования в 2017-2019 в ИУТЭ(РУ) дважды прочитан «Курс основ современного обществознания (по программа высшего классового образования)». Программа курса готовится к изданию.
Литература: Интернациональный университет трудящихся и эксплуатируемых (Рабочий университет). Официальные документы. Часть первая. Учредительные документы. - М.: 2007. 46 с.; Часть вторая. Локальные акты Университета. - М.: 2007. 23 с.; Интернациональный университет трудящихся и эксплуатируемых (Рабочий университет). Материалы к разработке Концепции Университета. 2001-2006. (Составитель Б.В.Ракитский) - М.: 2007. 96 с.; Ракитский Б.В., Ракитская Г.Я., Мандель М.Д. Социально-трудовые права и свободы: российские и международные принципы, нормы, проблемы. Учебник (по программам высшего классового образования). — М.: Институт перспектив и проблем страны. 2008. 640 с.; Д.Мандель. Российские революции начала ХХ века (1900-1921)» Учебник (по программам высшего классового образования). — М.: 2010. 196 с.; «Основы социалистического хозяйствования (программа специализированного курса)» ─ В Периодическом издании «Перспективы и проблемы России» Выпуск 51. М.: 2017. 40 с.
ИНФЛЯЦИЯ (от латинского inflatio – вздутие) – процесс обесценения денег (понижения их покупательной способности). Инфляция – следствие избытка денег в обращении, превышения денежной массой того количества, которое необходимо и достаточно для обменов массы товаров (См. Обмен; Деньги). За исключением редчайших случаев, избыток денег в обращении (а значит – и инфляцию) устраивает эмитент денег – тот, кто выпускает деньги в обращение, то есть государство. Но поскольку в едином обращении находятся не только деньги как таковые, но и разнообразные ценные бумаги с денежным номиналом (акции, облигации и т. п.), то эмитенты ценных бумаг становятся сотворцами инфляции. Инфляция устраивается эмитентами денег, протекает и прекращается по-разному при металлическом и бумажном денежном обращении. Поэтому различают монетно-денежную и бумажно-денежную инфляцию. Эти различия не отменяют принципиальных сущностных сходств и принципиальных социальных последствий любой инфляции. Скорость обесценения денег имеет важное значение для характеристики особенностей протекания инфляции. По скорости и равномерности (или неравномерности) обесценения денег различают: ползучую (относительно медленная и равномерная); галопирующую (стремительная, скачкообразная); ступенчатую (неравномерная) и гиперинфляцию (См. Гиперинфляция). Избыток денег в обращении, конечно, может быть результатом просчёта эмитента (эмитентов), но, как правило, излишние деньги выпускаются в обращение преднамеренно. Инфляция – ходовой (и соблазнительный) инструмент экономической политики очень многих государств. Лишь в редких случаях конституция государства (или союза государств) запрещает использование инфляции в качестве инструмента экономической политики. Распространено демагогическое (См. Демагогия) изображение инфляции как якобы сугубо объективного процесса в рыночном хозяйстве. При этом государство (правительство), устраивающее инфляцию, изображает себя ещё и борцом с инфляцией. Яркий пример – правительства президента РФ Б.Н. Ельцина в 1990-е годы. Устраивая инфляцию и гиперинфляцию (См. Гиперинфляция), эти правительства изображали инфляцию как якобы объективный фактор, срывающий экономические реформы, препятствующий их успешному проведению. Инфляция экономически выгодна тем, кто её устраивает. Избыточные деньги, выпускаемые в обращение, выглядят и воспринимаются властями как «манна небесная», как «палочкавыручалочка», как даровой ресурс пополнения государственного бюджета (и активов негосударственных эмитентов акций и долговых обязательств). Но в конечном счёте инфляция действует наподобие бумеранга и осложняет проведение экономической политики, ведёт к кризисам и социально-хозяйственным потрясениям. Инфляция, таким образом, является экономическим наркотиком правительств (и эмитентов ценных бумаг и долговых обязательств). Если денежное обращение портится (подрывается) инфляцией, то деньги не в полной мере, с изъянами выполняют все без исключения свои функции (См. Деньги). Конечной жертвой инфляции всегда оказывается население, в первую очередь получатели трудовых доходов (См. Доходы трудовые). Предпринимательство (особенно в реальном секторе экономики) также страдает от инфляции и, по большому счёту, не является её сторонником. Хотя известные выгоды от инфляции в известных ситуациях предпринимательство извлечь может и извлекает. Применительно к деньгам, получаемым как трудовые доходы, уровень инфляции может измеряться индексом роста розничных цен. Если, допустим, розничные цены выросли за год на 12 %, то темп инфляции равен 1,12. Если в том же году средняя заработная плата (номинальная) выросла на 8 %, то темп её роста был 1,08. Темп роста реальной зарплаты составит 0,964 (1,08: 1,12 = 0,964). То есть реальная зарплата из-за инфляции снизилась за год на 3,6 %. (См. Номинальные и реальные значения социально-экономических показателей; Уровни инфляции в Российской Федерации). Пользуясь официальной статистикой розничных цен, не следует упускать из виду, что эта статистика, как правило, занижает индекс роста розничных цен (а тем самым и уровень инфляции). Профсоюзное движение издавна выработало методы сопротивления инфляции. Главная мера – давление на правительство с целью воспрепятствовать использованию инфляции как инструмента экономической политики. В частности, удаётся добиться компенсирования ощутимой части потерь населения от применения инфляции путём гарантированной индексации доходов (См. Индексация доходов). Эта индексация обеспечивается законодательными гарантиями и обязательствами работодателей, внесёнными в коллективные договоры (См. Коллективные договоры). В полной мере компенсировать потери населения от инфляции никогда не удаётся. Безудержную эмиссию денег (а значит и инфляцию) склонны устраивать революционные правительства и правительства стран, потерпевших поражение в войне. Первой большой инфляцией была инфляция в период Великой Французской революции (1790-е годы). Гиперинфляция бушевала в Германии (1919-1923), в России (1917-1924). В 1990-е правительство России снова устроило гиперинфляцию (См. Гиперинфляция). Если правительство той или иной страны желает избежать инфляции и гиперинфляции или прекратить их, оно может это сделать. Способы прекращения инфляции и гиперинфляции хорошо известны и описаны. История знает и помнит примеры быстрой и эффективной нормализации денежного обращения. Особенный вид (тип) инфляции – придавленная инфляция (См. Инфляция придавленная). Она характерна для хозяйствования тоталитарных режимов. См. также статьи: Золотой стандарт; Инфляционной спирали теория; Медный бунт 1662 г.; Гиперинфляция.
Литература: Атлас З.В., Красавина Л.Н. Инфляция. – Статья в «Экономической энциклопедии. Политическая экономия». Том 2. – М.: Изд. «Советская энциклопедия». 1975; Красавина Л.Н. Инфляция. – Статья в «Большой Российской энциклопедии». Том 11. – М.: Изд. БРЭ. 2008; Аникин А.В. История финансовых потрясений. От Джона Ло до Сергея Кириенко. – М.: ЗАО «Олимп-Бизнес». 2000.
ИСКУССТВО
Содержание:
Искусство – художественно-образный способ самосознания человека и человечества; эта особенность присуща искусству и как виду (составной части) народного сознания, и как общественному институту (См. Сознание народное).
Природа искусства. Искусство – ровесник человечества. Это свидетельствует, что искусство удовлетворяет какие-то базовые потребности. Скорее всего это потребность сопричастности человека людской общности. Художественный образ – это излияние души, жаждущей сопричастности, понимания, отклика. Это обращение человека к другим людям, это зов общностной природы человека (См. Общность (в общественных отношениях и процессах); Общность историческая; Общность социальная). Искусство есть культивирование чувств и общительности. С развитием человечества на это первозданное предназначение художественных образов (а значит и на изначальное предназначение искусства в целом) наслаивается многое производное и даже постороннее для искусства. Но в основе искусства всегда было и будет стремление человека к сопричастности общности, выраженное художественными образами. Когда умрёт это изначально основное стремление, тогда умрёт и искусство. Тяга к общности, к сопричастности предопределяет безальтернативно гуманистический характер искусства (См. Гуманизм и антигуманизм). Искусство несовместимо с антигуманностью, с человеконенавистничеством, с прославлением низменного, пошлого, безнравственного, «зверского» в человеке и в обществе.
Произведения искусства. Их отличие от продуктов ремесла и индустрии развлечений (массовой культуры).
Искусство рождается в человеческой деятельности как индивидуально особенные свойства этой деятельности, замечаемые и одобряемые другими людьми. Такие особенности возникают во всех сферах деятельности: трудовой, бытовой, досуговой. Эти особенности закрепляются и воспроизводятся (институциализируются) общиной (а позже – обществом) и существуют уже как свойства культуры труда, бытовой культуры, форм досуга и религиозных обрядов. Например, каждая песня или хоровод или народная игра впервые созданы каким-то художником, но с течением времени, скажем, игра «сеять мак» или известные хороводы («как на Вани именины испекли мы каравай…») и народные песни сделались культурными институтами. От одобряемых удачных отличительных свойств деятельности развитие искусства идёт с специализированной художественно-образной творческой деятельности (См. Творчество), результатом которой являются произведения искусства. Сущностью произведений искусства остаётся излияние души художника в поисках понимания, отклика, сопричастности общности. Художник своим произведением обращён к окружающей его среде. Это не обязательно весь народ или всё человечество, но это их реальная часть, с которой художник непосредственно соприкасается в жизни. Были времена, когда искусство считалось разновидностью ремесла. Тем не менее оно оставалось искусством, пока несло в себе свой отличительный признак – быть излиянием души художника, взывающим к пониманию, к отклику, к признанию сопричастности. Всякий раз, когда этот отличительный признак исчезает, произведение перестаёт быть произведением искусства, превращаясь в произведение ремесленника, а то и в произведение индустрии развлечений. Грань эта тонкая, но критериально отчётливая. Как только художник начинает работать в основном для развлечения, для забавы, а то и для денег, он перестаёт быть деятелем искусства и становится ремесленником или работником индустрии, называемой массовой культурой (См. Массовая культура; Массовое сознание). К примеру: «Братья Карамазовы» Ф.М. Достоевского или «Записки о Шерлоке Холмсе» А. Конан-Дойля – произведения искусства. А многие тысячи других детективов – пошлое ремесло или поделки индустрии развлечений («массового чтива»).
Виды произведений искусства.
Художественнообразный характер произведений искусства предопределяет круг их видов. Они призваны воздействовать на органы чувств воспринимающих (на зрение, на слух) и на вторую сигнальную систему (через язык, через слово). С течением времени способы воздействия разнообразятся, комбинируются и специализируются. Базовыми художественными образами были (являются) изображение, движение, музыка, яркое и ёмкое словесное выражение, а также их простейшие сочетания: танец (пляска, хоровод), песня, представление («действо», ещё до театра). От древних рисунков искусство пошло к пейзажу, живописи, художественной фотографии. От древних танцев – к хореографии, балету. От древней музыки – к разнообразию музыкальных жанров. Строительство жилищ развилось в зодчество (архитектуру), украшение жилищ и тел – в декоративно-прикладное искусство. Словесные виды искусства породили литературу. Художественная литература считается иногда не относящейся к искусству, но основание для этого только одно – литература обращена ко второй сигнальной системе человека, а не к органам чувств. Но человек целостен, а потому все художественные образы, включая и литературные, он воспринимает как искусство. Новые технические возможности преобразуют и развивают художественные образы, расширяют их круг. 20 век принёс с собой кино- и телеискусство, голографические произведения искусства. Возможности преобразования и развития художественных образов в перспективе ограничены только способностями воспринимающих. Процессы так называемой массовой культуры уже показали, что завязалась схватка за воспринимающую публику. Искусство не посягает на подчинение публики художнику, на навязывание (навяливание) ей произведений искусства. Массовая культура, напротив, настойчиво и агрессивно «продвигает» в народ свои изделия. Культурные последствия (влияния) искусства и массовой культуры прямо противоположны как противоположны гуманизм и антигуманизм (См. Гуманизм и антигуманизм).
Субъектный ряд искусства. Реальными участниками искусства как процесса (акта) народного самопознания являются субъекты, создающие художественные образы (художники), и субъекты, воспринимающие эти образы и реагирующие на обращение к ним художника (публика, народ, окружающая художника среда, читатели, зрители, слушатели и т. п.). Именно взаимодействие этих субъектов и есть искусство. Разумеется, есть субъекты, деятельность которых реально удлиняет субъектный ряд причастных к искусству. Искусство свершается не в некой искусственной, а в реальной общностной (общинной или общественной) среде. Произведения искусства не только создаются и воспринимаются, они ещё сохраняются, воспроизводятся и доводятся до публики. Поэтому кроме авторов имеются исполнители художественных произведений (музыканты, актёры, чтецы и др). Исполнительское искусство – несомненно, является деятельностью, относящейся к искусству (если, конечно, это не масскультура вроде эстрадного пения под фонограмму). В современных обществах имеется когорта профессиональных ценителей произведений искусства. Они в равной мере трудятся в интересах художников и публики. Они помогают художникам получить более глубокую и разностороннюю оценку их произведений, а публике – яснее увидеть достоинства и недостатки произведений. Это критики, искусствоведы, литературоведы, комментаторы, обозреватели. Кроме них трудятся ещё и историки искусства (и литературы). Какую важную роль могут они играть и играют в искусстве как сфере общественной жизни, показывает нам деятельность литературного критика В.Г. Белинского (1811-1848) (См. Белинский В.Г.) и художественного и музыкального критика и историка искусства В.В. Стасова (1824-1906). Многим видам произведений искусства требуется сохранение. Это предполагает собирание (коллекционирование) произведений искусства, их систематизацию, обеспечение надлежащих условий хранения, реставрацию. И, наконец, сохраняемые произведения искусства требуют доведения до публики в форме выставок, организации показов, экскурсий и т. п. Всё это (сохранение и доведение до публики) делают не художники, а так называемые «работники культуры» (хранители, реставраторы, организаторы выставок и т. п.). Благодаря их усилиям сохраняется и активно используется та часть национального богатства, которая состоит из ценностей искусства, а кроме того значительно расширяется круг воспринимающих произведения искусства за счёт всё новых и новых их поколений.
Всеобщий предмет и идеал искусства. Всеобщий (универсальный) предмет (ориентир, интерес) искусства – гармония жизни. Художник обращается к людям с сообщением о гармонии жизни. «Что такое поэт? Человек, который пишет стихами? – спрашивал А.А. Блок и отвечал: – Нет, конечно. Он называется поэтом не потому, что пишет стихами…» Поэт, по Блоку, чувствует гармонию мира и умеет выразить её, донести до нас. Иногда он доносит её до нас в виде «тоски по идеалу» (В.Г. Белинский). Не всё в жизни гармонично. Но дисгармония отрицается художником, обличается им. В этом суть отрицательных (отрицающих) художественных образов. Лучшим отрицанием дисгармонии является утверждение и прославление гармонии. Гармония является идеалом для всех видов искусства (эстетическим идеалом). «Прекрасное» – так именует этот идеал наука эстетика. Синонимов у прекрасного немало: «целосообразная соразмерность частей»; «совершенство»; «свобода в явлении»; «единство правды и идеала». Н.Г. Чернышевский доказывал, что «прекрасное есть жизнь», что «прекрасно то существо, в котором видим мы жизнь такою, какова должна быть она по нашим понятиям». Но всё-таки самым подходящим синонимом прекрасного и самым точным выражением идеала для всех видов искусства является гармония – гармония мира, гармония жизни.
Народность искусства: её природа и реальные смыслы. Проблема народности в течение уже многих веков является одной из самых острых проблем искусства. Суть проблемы в том, что сознание народа как исторической общности нуждается в искусстве как полноценной своей части, тогда как фактически достижения искусства оказываются недоступны большинству народа. Не происходит полноценного взаимодействия художников с народом, народные истоки (корни) искусства истончаются и чахнут. Первобытное искусство было доступно всей общине и стимулировалось её откликом и восприятием. С возникновением классово-эксплуататорского устройства бытия шаг за шагом пошёл процесс материальной и духовной экспроприации большинства. В современном капиталистическом обществе этот процесс пришёл к своему логическому завершению. Отделение и противопоставление профессионального искусства искусству, доступному большинству народа, завершилось фактической элитарностью профессионального искусства. Доступное народу искусство сильно отстаёт от профессионального. Образовавшийся разрыв заполняется эрзац-искусством, по своей природе и последствиям антигуманным. Фактически духовная жизнь эксплуататорских обществ всегда разбита на классовые (или кастовые) сектора. И хотя все сектора принадлежат к одной исторической общности (народу), сообщение между этими секторами весьма ограничено. Большинство народа лишено не только непосредственного общения с художниками-современниками, но и с накопленными богатствами культуры и искусства. И не потому, что билет в картинную галерею, на выставку или художественная книга стоят слишком дорого, а потому, что образ жизни большинства из поколения в поколение формирует невзыскательные, в основном развлеченческо-потребительские вкусы (См. Вкусы). Ни на одном из исторических этапов развития потребность народа в искусстве не сводится и не может быть сведена к развлечениям. Народ трудится, осмысливает своё бытие, усваивает идеи и идеалы, осознаёт очередные и перспективные проблемы. Без искусства (прежде всего без профессионально высокого) он не может делать это полноценно и эффективно. И художники нуждаются не в пресыщенной публике, а в озабоченной реальными жизненными проблемами. Именно эта взаимная тяга друг к другу художников и народа питала плодотворность гуманистического реализма как художественного метода. В гуманистическом реалистическом искусстве содержалась и содержится народность искусства. Народ и художники принадлежат одной и той же исторической общности. Они нуждаются друг в друге, необходимы друг другу как необходимы друг другу реалии единой целостности. И в этом неустранимая основа народности искусства, вечный зов, чувствуемый и народом, и художниками. Но есть немало обстоятельств и факторов, веками их разъединяющих, осложняющих их живительную непосредственную связь, стоящих между художниками и народом как препятствия такой связи.
Факторы и обстоятельства, препятствующие полноценной народности искусства. Полноценно народным может считаться такое искусство, когда художники «изливают душу» в художественных образах по тем же поводам, которые являются жизненно важными для большинства их сограждан. Например, когда писатели изображают жизнь и её проблемы более глубоко и выпукло, нежели ощущают и воспринимают эти проблемы читатели. Когда песня становится народной, когда кинофильм делает зрителей выше и чище. Настоящая народность искусства – это накопленный итог больших совместных духовных усилий художников и публики, притом публики не избранной, а широкой, многочисленной. К сожалению, такая полнокровная народность искусства не формируется в реальных обществах. Причин и обстоятельств, затрудняющих такое формирование и препятствующих ему, несколько: а) разделение народа на господствующие и подчинённые социальные группы (на эксплуатирующие и эксплуатируемые классы) постепенно создало два разных типа публики: элиту общества и простонародье. Эстетические вкусы элиты и простонародья складывались и развивались в весьма несопоставимых условиях, разными темпами и в разных направлениях. Художники вынуждены были считаться с этим обстоятельством. Искусство, становившееся профессиональным, ориентировалось преимущественно или всецело на привилегированную публику. Простонародье, как правило, довольствовалось искусством более низкого сорта. Конечно, эта пропасть не была абсолютной. Зодчество и церковная музыка были доступны для восприятия и простонародью. Но это – исключение из правила; б) долгое доминирование религиозной идеологии (иллюзорной и тоталитарной) привело к принудительному ориентированию искусства на религиозные сюжеты. Это затрудняло связь искусства с реальной жизнью народа. Лишь эпоха Возрождения ослабила и сняла религиозное иго с искусства, открыла возможности реальной гуманистической направленности искусства (См. Возрождения эпоха (Ренессанс)). в) по мере развития товарно-денежных отношений шаг за шагом обострялась проблема сохранения покупательной способности денег. Произведения искусства становились средством тезаврации (накопления сокровищ). Это породило спрос на произведения искусства, не вполне определяемый их художественными ценностями, а также и искусственное «раскручивание» произведений искусства в коммерческих целях. При этом утрачивалось основное свойство искусства – взаимодействие художника с воспринимающей публикой. Излияние души художника стало стимулироваться не запросами и реакцией воспринимающей публики, а его жаждой заработать деньги. Возникло понятие «модный художник»; г) в обстановке отрыва профессионального искусства от широких народных масс часть художников не находит достойной публики, чувствует глубокий разлад с окружающей их средой и склоняется к эстетической доктрине «искусство для искусства» (См. «Искусство для искусства»); д) специалисты отмечают, что современное искусство всё более втягивается в сферу идеологии. Это закономерно, ибо современный капитализм воспринимается людьми всё более критически. Идеологическая борьба, как и прежде, идёт между защитниками эксплуататорского строя и сторонниками социалистического выбора исторических перспектив. Защитники эксплуататорского общественного устройства активно используют массовое искусство как эрзац-искусство для народа. Нет спору, что развлечения, игры и обслуживание необходимы. Однако массовая культура так называемого потребительского общества раздувает эти функции в ущерб гуманистическому развитию масс, замещает ими гражданскую активность, гражданскую ответственность и другие гуманистические основания социальной сплочённости. Крепнет политический и социальный инфантилизм, мельчают души людей и слабеет дух народа (См. Душа; Дух). Деятели искусства, втянутые в карусель массовой культуры, по видимости обращаются к широким народным массам. Но их искусство при этом не становится более народным, скорее, наоборот, отдаляется от народности. Оно даже утрачивает свойства искусства, становясь ремеслом массовика-затейника; е) тоталитаризм и авторитаризм существенно деформируют духовную жизнь народа, в том числе и искусство. Свобода творчества становится формальной. Проблематика художественных произведений жёстко фильтруется или напрямую задаётся властями, эстетические вкусы вменяются публике. Свирепствует цензура и устраиваются проработки художников «простыми людьми». Неугодные властям произведения не просто запрещаются, а уничтожаются. В самодержавной России и в тоталитарном СССР примеров травли художников и вандализма по отношению к неугодным произведениям искусства было более чем достаточно.
Социалистические идеи возвращения искусства народу. Социалистическая идеология включает в себя идею культурной революции (См. Культурная революция), в рамках которой должна исторически решаться и проблема возвращения народу достижений искусства. Смысл возвращения искусства народу, широким трудящимся массам хорошо выразил В.И. Ленин: «…Искусство принадлежит народу. Оно должно уходить своими глубочайшими корнями в самую толщу широких трудящихся масс. Оно должно быть понятно этим массам и любимо ими. Оно должно объединять чувство, мысль и волю этих масс, подымать их. Оно должно пробуждать в них художников и развивать их» (цитируется по кн.: Цеткин К. Воспоминания о Ленине. – М.: 1959. Стр. 11). Возвращение искусства народу – многоплановая и весьма сложная для исполнения историческая задача. Непроста уже самая понятная и относительно легко выполнимая часть – обеспечение доступности достижений искусства широким массам трудящихся. Гораздо сложнее дождаться и добиться, когда широкие массы народа приложат надлежащие усилия для освоения и усвоения накопленных богатств искусства, станут новой полноценной публикой даже для самых выдающихся мастеров искусства. Фактически речь идёт о радикальном возвышении художественных вкусов широких народных масс. И, наконец, одновременно с этим должны быть созданы условия, при которых мастера искусства обретали бы благотворный контакт с этой новой публикой и её новыми благородными вкусами, чтобы вырастали новые профессиональные художники, с самого начала ориентированные на широкие народные массы и на проблемы, близкие этим массам. После Великой Октябрьской социалистической революции 1917 процесс возвращения искусства народу начался. Но последовавшая затем сталинская контрреволюция существенно деформировала этот процесс (См. Революция Великая Октябрьская социалистическая; Сталинизм; «Сталинская эпоха»).
Литература: Недошивин Г. А. Искусство. – Статья в «Философской энциклопедии». Том 2. – М.: Изд. «Советская энциклопедия». 1962; Недошивин Г. Народность искусства. – Статья в «Философской энциклопедии». Том 3. – М.: Изд. «Советская энциклопедия». 1964; Толстых В.И. Искусство. – Статья в «Новой философской энциклопедии». Том 2. – М.: МЫСЛЬ. 2010; Ромашко С.А. Искусство – Статьи в Большой Российской энциклопедии. Том 11. – М.: НИ БРЭ. 2008; Роднянская И. Художественный образ. – Статья в «Философской энциклопедии». Том 5. – М.: Изд. «Советская энциклопедия». 1970; Столович Л., Гольдентрихт С. Прекрасное. – Статья в «Философской энциклопедии». Том 4. – М.: Изд. «Советская энциклопедия». 1967; Плеханов Г.В. Избранные философские произведения в пяти томах. Том 5. М.: Соцэкгиз. 1964; А. Стругацкий. Три открытия Рюноскэ Акутагавы – в книге Акутагава Р. Новеллы. – М.: Худож. литература, 1974.
«ИСКУССТВО ДЛЯ ИСКУССТВА» – возводимая в принцип позиция (настроение) деятелей искусства, испытывающих отчаяние от разлада с окружающей их общественной средой и лишённых исторического оптимизма (См. Искусство; Оптимизм исторический). Окружающая художника (деятеля искусства) общественная среда – та, которой он мысленно адресует свои произведения и от которой он ожидает отклика, понимания, к которой стремится быть сопричастным. Это не обязательно весь народ или всё человечество, это обычно «избранная» художником часть народа (человечества). Но это реальная их часть. Разлад с этой частью народа (человечества) и является поводом тревожных или трагических (вплоть до отчаяния) переживаний художника. «Искусством для искусства» называется такая реакция (позиция) художника на его разлад с окружающей средой, при которой художник утверждает: «Тем хуже для окружающей среды! Искусство скорее обойдётся без неё, нежели будет ориентироваться на её презренные вкусы!» Французский поэт Ш.П. Бодлер (1821-1867) удачно назвал позицию (теорию) «искусство для искусства» ребяческой. Однако это не вздорная, а трагичная позиция. Природу «искусства для искусства» и сфокусированные в нём реальные общественные и эстетические проблемы глубоко раскрыл Г.В. Плеханов (См. Плеханов Г.В.) в работе «Искусство и общественная жизнь» (опубликована в 1912-1913). Центральный вывод Г.В. Плеханова таков: «Склонность художников и людей, живо интересующихся художественным творчеством, к искусству для искусства возникает на почве безнадёжного разлада их с окружающей их общественной средой». Для А.С. Пушкина нравственный и умственный потенциал среды его непосредственного общения сильно понизился после репрессий против декабристов. Кроме того, поэт чувствовал, что правящий режим пытается «приручить» его. И то, и другое объясняет тягу А.С. Пушкина к «искусству для искусства» в николаевскую эпоху. Французские поэты романтического направления (19 век) терпеть не могли и презирали «буржуа» с их грязным, скучным и пошлым образом жизни. Оттого они и бузили изо всех сил под лозунгом «искусства для искусства». При этом ни Пушкин, ни французские поэты даже и не помышляли о смене общественных порядков. Их недовольство касалось только среды их непосредственного общения. Приверженцы искусства для искусства в большинстве своём не находят пути к социальным силам обновления общества. Им не свойствен «живой и деятельный интерес к известному, всё равно к какому именно, общественному порядку или общественному идеалу». Поэтому всё кончается «консервативным восстанием» под лозунгом «абсолютной автономии искусства», а в перспективе – либо активной реакционной позицией, либо декадентством (упадочничеством) и мистикой. В России 19 века решительными и плодотворными критиками «искусства для искусства» были революционные демократы (В.Г. Белинский; Н.Г. Чернышевский, Н.А. Некрасов и др) и сторонники метода критического реализма. Социалистические идеологии всегда подчёркивали и продолжают подчёркивать социальную бесплодность и беспомощность «искусства для искусства». Литература: Пажитнов Л., Шрагин Б. «Искусство для искусства». – Статья в «Философской энциклопедии». Том 2. – М.: Изд. «Советская энциклопедия». 1962; Плеханов Г.В. Искусство и общественная жизнь. – В кн.: Плеханов Г.В. Избранные философские произведения в пяти томах. Том 5. М.: Соцэкгиз. 1964. Стр. 686-748
ИСТИНА
Содержание
1.
Истина ─ 1) процесс адекватного (неискажённого) отражения реальности познающим практикующим субъектом; 2) достигнутый рубеж, промежуточный результат (состояние) процесса истины. Эти фундаментальные трактовки истины присущи диалектико-материалистическому (и историко-материалистическому) методу (См. Диалектический материализм; Исторический материализм). В философских системах, основанных на иных методах, трактовки истины существенно отличаются от диалектико-материалистических. Это объясняется и сложностью проблематики истины, и проявлением в методологиях идеологических различий. (См. Идеология; Методология).
2.
Общее историко-материалистическое понима-ние (теория) истины. Фокусирование смысла на том, что истина есть процесс, — исключительно плодотворно. Это, во-первых, отодвигает на второй и третий планы бесконечные пересуды о том, насколько полно и достоверно отображается сознанием действительность, насколько отображение искажается субъективными особенностями отображающего и т.д. и т.п. Это, во-вторых, позволяет научно строго определить соотношение таких характеристик истины, как её абсолютность и относительность, объективность и субъективность, актуальность и потенциальность, конкретность и абстрактность, достоверность и ложность, живость и мёртвость.
Истина есть процесс познания, но взятый (понимаемый) не абстрактно и фрагментарно, а как целостный практический процесс, то есть как неотъемлемая сторона и неотъемлемое свойство практической деятельности (См. Практика общественная). Природа, сущность, содержание и формы истины могут быть поняты не иначе, как в контексте практики и человечественной формы движения (См. Человечественная форма движения).
Истина как познавательный процесс инициируется практической деятельностью человечества и обеспечивает этой деятельности её отличительные человеческие (субъектно-личностные и общественные) свойства: осознанность, целенаправленность, целесообразность, целесоответствие, абстрактную и реальную вариантность и др.
Вопрос о познаваемости бытия (См. Бытие) в его полном объёме и во всех отношениях, то есть вопрос об абсолютности истины является, с точки зрения потребностей практики, ненаучной абстракцией (См. Абстракция ненаучная). Тем самым ненаучной абстракцией оказывается и агностицизм (См. Агностицизм), подвергающий сомнению адекватное (неискажённое) познание сущностей и их связей на основании невозможности абсолютного знания. Истина, несомненно, относительна, и мерой её допустимой относительности является необходимое и достаточное для практики соответствие истины реальному бытию (познаваемой реальности).
Развитие практики требует всё большей полноты, глубины и точности отражения познаваемой реальности, да и сама реальность меняется. Отсюда необходимость и возможность развития истины, её усложнения, обновления, преображения ради наращивания способностей ориентировать практику. Отсюда же и неизбежность устаревания, отмирания подходов, положений, научных и практических знаний, ранее бывших плодотворными и практически ценными (См. Бывшая истина).
Традиционное стремление вычленить и разграничить субъективное и объективное в истине ведёт к неоправданному разъединению этих свойств. И в реальной практике, и в процессе истины как познавательной стороне практики субъектное, субъективное и объективное существуют в качестве атрибутов целостного. В марксистской теории отражения принята формула: «истина субъективна по форме и объективна по содержанию при определяющей роли содержания». Но и эта формула искажает природу истины как целостного практического процесса. В самом деле, то самое содержание, которому в марксистской теории отводится определяющая роль и которое представляет собою объём и состав отражаемого в истине, — это самое содержание определяется практикующим субъектом, так как именно практикующий субъект выбирает цели и способы практических действий.
Из скрыто или явно искажённого представления о соотношении бытия и сознания, объективного и субъективного, теории (познания) и практики проистекает проблема так называемого критерия истины. Дело изображается так, будто истина возникает как продукт познания, а качественность, достоверность этого продукта должна пройти проверку практикой, получить своего рода легитимность. Широко бытуют даже формулы «наука и практика», «наука в долгу перед практикой», «теория и практика» и т.п. Такой подход и такие представления о критерии истины более или менее «работают» применительно к отдельным положениям, теориям, выводам, гипотезам, концептам. Но они бессмысленны применительно к истине как к целостному познавательному практическому процессу. Истина во всей своей полноте — органическая составная часть практики. Истина — порождаемый практикой и фильтруемый практикой процесс познания реальности (бытия), включая прежде всего и в основном саму практику.
Таким образом, можно констатировать два подхода ─ 1) «Критерием истины является практика» и 2) «Истина есть органическая составная часть практики (ещё точнее — ипостась, атрибут, неотъемлемое свойство практики». Внешне они могут показаться близкими по смыслу. Однако в рамках высокой методологии (См. Высокая методология) они скорее противоположны.
Истина формируется практически, то есть субъектно; как отражение (образ) реальности она субъективна; как практическая функция истина должна отражать актуальную для практики часть бытия объективно (точнее было бы сказать ─ реалистично), то есть адекватно, не искажённо. Проблема соотношения субъектного, субъективного и объективного (реалистичного) в истине непротиворечиво решается только на основе целостного подхода к действительности и к практике. (См. Целостная методология (целостный подход); Целостность; Объективное, Субъектность; Субъективность).
3.
Особенности и отличия естественно-научной и общественно-научной истин. Имеются существенные отличия естественно-научной и общественно-научной истин. Отличие это коренится вот в чём. Естественно-научная истина (познание природных закономерностей) является стороной материальной практики (См. Практика общественная материальная), то есть стороной взаимодействия человечества с природой, в первую очередь и по преимуществу ─ стороной преобразовательной деятельности человечества в природе. В отличие от этого, общественно-научная истина (познание закономерностей общества и человека в обществе) ─ сторона практики человечества в её целостности (См. Практика общественная), то есть сторона практических процессов самопознания человечества, самоорганизации человечества и активного преобразования природы человечеством.
Процесс общественно-научной истины намного сложнее процесса естественно-научной истины и принципиально отличен от него. Социальная структурность совокупного практикующего субъекта – неустранимая и существенная особенность общественной практики и обществоведческой истины. Что касается процесса естественно-научной истины, то для него социальная структурность совокупного практикующего субъекта (человечества) либо вообще не является существенным фактором, либо не является существенным в решающей степени. Так, математические, химические, физические, геологические и т.п. знания ─ одни и те же для субъектов, имеющих разное социальное положение и разные цели практического действия в обществе.
Бытие и развитие человечества совершается сознательно. Это отличительное свойство человечественной формы движения. Человечество целостно и структурно одновременно, что означает одновременно множественность субъектных действий и социализированность каждого из действующих субъектов. Общественная практика (бытие человечества) ─ деятельность всех различных социальных субъектов. В этом смысле она структурна (многосубъектна) при всей своей целостности.
Какова общественная практика ─ такова и её познавательная сторона (ипостась). Процесс познания практических процессов (обществоведческая истина) свершается множеством познающих субъектов и фильтруется множеством социальных субъектов (См. Субъекты социальные). Каждый из социальных субъектов формирует состав знаний, потребный для его действий в соответствии с собственной идеологией (См. Идеология). В связи с этим обществоведческая истина (как познавательный процесс) протекает в форме множественности теорий об обществе и человеке в обществе, cгруппированных множественностью мировоззрений (идеологий). Истина как состояние (как достигнутый промежуточный результат познания) точно так же представляет собою множество теоретических обоснований одних и тех же процессов и явлений. Истина, якобы приподнятая (возвышающаяся) над по-идеологическими истинами, ─ выдумка или же банальность, не имеющая существенного практического значения.
Социальная структурность общественной практики и обществоведческой истины предопределяет партийность (а точнее бы сказать – многопартийность) научного знания об обществе и человеке в обществе. Критерий научности такого знания ─ его подчинённость задачам практической общественной деятельности, его востребованность практикой. А практические деятели ─ социальные силы. Нет социальных сил вообще, есть конкретные и притом разные социальные силы, каждая со своей собственной идеологией (или с потребностью собственной идеологии). Социально-групповые «картины мира» (идеологии, мировоззрения) обустраиваются предметными (целенаправленными) познавательными усилиями с накоплением и систематизацией научных знаний. В итоге общественные науки многопартийны (многочастны), особенно фундаментальные науки и особенно изучающие те области общественной практики, в которых сталкиваются (противоборствуют или союзничают) социально-групповые интересы.
Полная истина об обществе и человеке в обществе (общественно-научная истина) в каждом данном обществе есть не что иное, как совокупность всех партийных (классовых, кастовых, сословных, социально-групповых) истин.
4.
Разнотипность истины об обществе и человеке в обществе. Проблема разнотипности знания об обществе и человеке в обществе напрямую связана с тем (и является следствием того), что общественная практика порождает разные общественные устройства своего свершения. Отсюда разные типичные обстоятельства развития обществоведческого знания (разные потребности господствующих и подчинённых социальных субъектов, разные реальные возможности выработки и распространения обществоведческого знания, разные возможности практического его применения социальными субъектами и т.п.).
Тоталитарный тип научного познания ─ это догматизм (См. Догматизм; Догма; Тоталитаризм). А.И. Солженицын в «Архипелаге…» высказывает глубокое и тонкое суждение, что с 1930-х годов в СССР не было литературы. Потому что если литература отражает лишь часть жизненной правды, то это ложь, а стало быть, ─ не литература. С общественными науками в сталинском и послесталинском СССР ─ та же самая картина. Отдельные успехи отдельных исследователей-гуманитариев по отдельным вопросам отрицать никак невозможно и было бы несправедливостью и даже предательством. Но в целом ─ нет, не наука, засилие и насилие догматизма.
Более сложный (не столь мёртвый, как при тоталитаризме) тип обществознания утверждается при диктатурных режимах самодержавного (авторитарного) толка (См. Авторитаризм; Диктатура; Самодержавие). Полноценная наука и здесь не нужна властвующим классам (или кастам). Нужна апологетика, при этом допускаются и фрагменты реальной науки (См. Апологетика). Наука распадается на придворную (государственную) и остальную. Многопартийность обществоведческих исследований не поддерживается властями, но и не приканчивается. В поле зрения государства находится только наука, обслуживающая практику в соответствии с идеологией партии власти. Развитость обществоведческих исследований, потребных для общественной практики иных (кроме партии власти) социальных сил, зависит от развитости и обустроенности общественного пространства жизни тех или иных классов, социальных групп, общностей (См. Общественное пространство жизни класса; Общественное пространство жизни трудящихся классов).
Весьма деформированный тип обществознания складывается в зависимых странах. Несамостоятельность (неполная самостоятельность, относительная вторичность) общественной практики в таких странах отзывается и вторичностью, производностью её (практики) познавательной стороны. Обществознание зависимых стран не претендует на самостоятельность и лидерство в исследованиях. Его лозунгом становится «интеграция в мировую науку», что на самом деле означает одностороннее впитывание результатов исследований в господствующих странах без достойных претензий на взаимоознакомление с результатами исследований.
Наиболее благоприятные условия для обществоведческих исследований в капиталистических обществах складываются при буржуазно-демократическом общественном устройстве (См. Демократия буржуазная). Речь, конечно же, не идёт о равных условиях для исследований всех и разных идеологических направлений. В обществе социально неравных такого и быть не может. Однако право на социальное действие признаётся буржуазными порядками за каждой из социальных сил, и, соответственно, право на свою истину ─ за каждой из идеологий. Сколь ни ограничена реально буржуазная демократия, сколь ни искажается равноправие фактическим социальным неравенством, условия для развития многопартийного обществознания складываются при ней относительно благоприятно. Настолько благоприятно, что реально допускают развитие гуманистически направленного многопартийного обществознания.
Это понятие ─ гуманистически направленное обществознание ─ должно быть более или менее растолковано.
Общественная практика обладает способностью вариантной направленности. Возможно гуманистически направленное развитие и антигуманное развитие (См. Гуманизм; Антигуманизм). Антигуманными показали себя общественные практики при фашистских (тоталитарных) общественных устройствах. На грани гуманизма балансируют диктатурные (в том числе авторитарные) режимы. Но они, к счастью, обычно не бывают долговечными.
Познавательная сторона антигуманных общественных практик своеобразна, но имеет место. В предельных формах она базируется не на научных исследованиях и предвидениях, а на конструировании и технологиях внедрения в массовое сознание антигуманных идей и представлений. Таковы, например, расистские учения. Отблеск антигуманных идей и антигуманных социально-психологических технологий находим в современной так называемой массовой культуре и других технологиях из арсеналов социальных резерваций (См. Социальной резервации теория).
Познавательная сторона гуманистически направленной общественной практики в своём развитом (и нормальном, недеформированном) виде представляет собою партийные (многопартийные) общественные науки. Развитость той или иной партийной общественной науки определяется развитостью (полнотой, устойчивостью, уровнем культуры) общественной практики того или иного социального субъекта (класса, социальной группы, общности).
5.
Роль идеологии (мировоззрения) и множественности идеологий в формировании истины о бытии человечества. В общественно-практическом контексте идеологии являются формой и фактором самоорганизации социальных сил. Идеологии формируют и удерживают целостные представления о состояниях общества в прошлом, настоящем и будущем, о желаемой и справедливой направленности развития, о соотношениях социальных сил. «Картина мира», мировидение, мировоззрение ─ вот длящийся результат обретения идеологий социальными субъектами.
Научное познание реалий бытия человечества относительно независимо от идеологий в фазе собственно исследовательской (а исследователю может казаться и полностью независимым, «объективным»). Однако познание это происходит в обществе и ведётся социализированными людьми. Вся культурная обстановка содержит в себе социальное восприятие действительности, мир ценностей (См. Ценности). Исследователи (и порознь, и тем более в качестве исследовательского сообщества) не стерилизованы мировоззренчески. Предметное видение исследуемых общественных событий, процессов, явлений рождается на почве культуры. Таким образом, социальный импульс (социальный заказ) общественным наукам существует всегда уже в силу культурной среды, в которой происходит научное познание бытия человечества. А культурная среда ─ что это, если не способ существования множественности сосуществующих и борющихся идеологий?
Ещё более значительным проявлением зависимости научного познания бытия человечества от идеологий является процесс использования знаний об обществе и человеке в обществе. Из множества выводов, догадок, рекомендаций, остережений, констатаций, оценок и иных плодов научного познания общественная практика формирует тот набор, который соответствует практическим целям, стратегии и приоритетам действия той или иной социальной силы. А эти атрибуты социальной силы впрямую выражают её идеологию. Добывать знания, заведомо чуждые какой бы то ни было идеологии, ─ это значит добывать практически невостребованное знание. Таковы банальности об обществе и о человеке в обществе, непригодные даже для создания пропагандистских миражей об объективности, общечеловеческих смыслах и тому подобных тонких эфирах и социальных флогистонах (См. Ценности общечеловеческие; Справедливость (как идеал); Флогистон социальный).
Науки об обществе и о человеке в обществе, обслуживающие господствующие классы, в последние полтора столетия усиленно маскировали свои идеологические привязанности. Шила в мешке они, конечно, не утаили, но в результате маскировочных «технологий» в обществознании создалась крайняя смысловая сутолока, процветает эклектика и пошлый информационный шум (См. Эклектика; Шум информационный). Настала пора закончить этот маскарад. В интересах науки, как и в интересах социальных сил ─ открыто обозначить и идеологии, и тяготеющие к идеологиям партийные общественные науки (См. Партийность обществознания). Наиболее вероятно, что именно отчётливая партийность (многопартийность) станет новым добротным качеством будущего обществознания.
Открытая привязанность к той или иной идеологии (а значит ─ и к общественной практике той или иной социальной силы) не только не повредит научности обществознания, а, напротив, станет фактором её обеспечения (достижения и устойчивости). Вместо бесконечных разоблачений истинных идеологических привязанностей (или пригодностей) тех или иных теорий и интерпретаций фактов уместным станет прямое противопоставление идеологических позиций, так что сами собою отпадут схоластические дискуссии и бесплодные препирательства, ныне нередко заменяющие (и тем самым не допускающие) действительно полезные научные обсуждения.
Роль идеологий в формировании научного обществознания как была, так и останется весомой. Но в будущем обществознании должны бы сойти на нет факторы, мешающие полноценному и плодотворному осуществлению этой роли.
Как именно это произойдёт, пока гадать рано. Но обнадёживает, что стандартные маскировочные технологии всё чаще кажутся обществоведам шитыми белыми нитками. К примеру, Председатель партии «Единая Россия» однажды заявил, что его партия ─ это партия без идеологии. Это напомнило высказывание Б.Н.Ельцина после августа 1991 г.: «Слава богу, удалось избежать революции!» Подобные суждения политиков уже не дезориентируют обществоведов. Но главное, конечно же, ─ не понимать истинную цену такого рода маскировок, а сознательно выбирать идеологическую позицию, настраиваться по стратегическим меркам на общественную практику тех или иных социальных субъектов. Пока сами обществоведы не перестанут играть в идеологические прятки, их научные исследования не смогут достигнуть максимума научной полноты и глубины.
Философски невежественное шараханье от понятий “партийность” и “классовость” в науке всё ещё несёт у нас в России на себе генетическую память о пошлом диктате правящей КПСС в любой из наук. Надо бы поскорее преодолевать эту ситуацию. Обществоведам без понимания партийности (частичности и разной практической целеориентированности) представлений о социальных реалиях работать очень трудно, а обществоведам-теоретикам ─ вообще невозможно. Пока категория партийности в обществознании не освобождена от следов опасений идеологического диктата или плебейского мелкого мщения “задним числом”, тлетворное дело тоталитарной КПСС всё ещё делается.
Демократическая конституционная норма о признании идеологического многообразия обеспечила прочную правовую основу социально-классовому подходу к исследованиям общественных процессов, не отнимая ни у кого свободы блуждать в лабиринтах мнимой внеклассовости или надклассовости.
В тоталитарном обществе подходы к подобным вопросам иные и, на первый взгляд, вроде бы даже и здравые. Считается, что истина одна (и при этом, конечно, что она ─ не процесс, а результирующий, а то и задаваемый вывод). Отсюда: то, что не есть истина, ─ заблуждение, ошибка. Широта взглядов на свободу научного творчества простирается аж до “вольнодумного” допущения: “Учёный имеет право на ошибку”. И т.д. В тоталитарном СССР фразеология о классовости, партийности науки была вульгаризацией первоначального (середины XIX века) марксизма. На деле же никакого многообразия исследовательских подходов, как и многообразия идеологий, не допускалось.
Об этом следует говорить не к тому, чтобы лишний раз покритиковать тоталитарные подходы, а к тому, чтобы подчеркнуть: в освоении демократических возможностей обществоведческих исследований мы (все вместе) сделали ещё совершенно недостаточно. Многообразие идеологий вроде бы уже стало общественной реальностью, но воспринимается оно всё ещё не конструктивно. От многообразия идеологий обществоведению пока мало проку. Во-первых, потому, что одна из идеологий (либерализм экстремального толка) упорно продавливается как практически государственная, если и не принудительно обязательная, то имеющая во всяком случае приоритет при подготовке государственных решений и охранную грамоту от критики на стадии подготовки таких решений (вплоть до подготовки стратегических социально-экономических решений правительства в закрытом режиме). Во-вторых, социально-групповой (классовый) подход шельмуется, дезавуируется, считается “отрыжкой тоталитаризма”. То есть идеологическое многообразие признаётся на словах, но не признаётся и не используется во благо на деле.
А между тем восприятие и освоение идеологического многообразия как реальной идейной основы и демократической атмосферы исследований общественных процессов позволяют резко, качественно повысить результативность научных исследований. Эффект заложен в обогащении самой исследовательской культуры ─ в обогащении методологий. Ведь методология есть не что иное, как применение идеологии в научном исследовании.
Литература: В.И.Ульянов (Ленин). Материализм и эмпириокритицизм. Критические заметки об одной реакционной философии (1909) – любое издание; Г.С.Батищев. Истина. — Статья в «Философской энциклопедии». Том 2. – М.: ГНИ «Советская энциклопедия». 1962; В.Н.Порус. Истина. — Статья в Большой Российской энциклопедии. Том 12. – М.: НИ БРЭ. 2008; Б.В.Ракитский, Г.Я.Ракитская. Методологический геном будущего обществознания, потребного общественной практике. – М.: Институт перспектив и проблем страны. 2010; И.Т.Касавин. Истина. — Статья в «Новой философской энциклопедии». Том 2. – М.: «МЫСЛЬ». 2010.
ИСТОРИЧЕСКИЕ СОСТОЯНИЯ (исторические типы обществ)
Содержание.
5.1. Общественные формации как социально устойчивые исторические состояния.
5.2. Социально неустойчивые исторические состояния.
Литература.
Исторические состояния (исторические типы обществ) ─ разнообразные типичные качественно особенные состояния, возникающие в ходе реальной истории разных народов. Речь идёт об исторических состояниях бытия народа (народов), что включает в себя и состояние общества, и состояние субъектного ряда (См. Общество; Субъектный ряд). Но в обществознании давно прижилась и является привычной трактовка общества как бытия народа. Учитывая это, исторические состояния бытия народа (народов) могут описываться (что неточно) как исторические типы состояний обществ.
Состояние науки об исторических состояниях. Попытки систематизации и типизации. Общая теория исторических состояний пока ещё не создана, хотя нужда в ней давно сформировалась и продолжает быть актуальной.
Для нужд описания бытия разных народов в разные времена возникло множество понятий (категорий), «ухватывающих» существенные и содержательные особенности и отличия: дикость, варварство, цивилизация; общественный строй; общественная формация; исторический период (например, переходные периоды); фаза исторического развития; эра; эпоха и др.; бунт; революция; смутное время; война, мир, перемирие; «тишина»; революционная ситуация; кризис; историческая катастрофа и др. Каждое из таких понятий в той или иной мере «обустроено» вкладываемым в него смыслом. Нередко понятия «размыты» или многозначны, нередко «перекрывают» друг друга, частично совпадают по содержанию. Оперируя этим сложившимся багажом знаний, можно, тем не менее, продвигаться к более или менее стройной систематизации и типизации исторических состояний, включая и проблематику смены исторических состояний. Целью является создание научно глубокого и научно строгого учения об исторических состояниях бытия человечества (народов) и смене исторических состояний.
Попытки подобных продвижений имели место в истории общественной мысли и наук об обществе. Например, К.Маркс попытался осмыслить и научно описать капитализм как общественно-экономическую формацию и в связи с этим отграничил капитализм от докапиталистических и от послекапиталистических типов общества. На этой основе в рамках марксизма-ленинизма (См. Марксизм-ленинизм) сложилась типизация устойчивых общественных состояний в виде обозначения первобытно-общинной, рабовладельческой, феодальной, капиталистической и коммунистической общественно-экономических формаций (при этом упоминалось, что К.Маркс называл ещё и азиатский способ производства).
В 1877 в Лондоне вышла книга Льюиса Г. Моргана (См. Морган Льюис Генри) «Древнее общество, или исследование линий человеческого прогресса от дикости через варварство к цивилизации». По оценке Ф.Энгельса, «Морган был первый, кто со знанием дела попытался внести в предысторию человечества определённую систему» и предложил периодизацию, выделив три эпохи: дикость, варварство и цивилизацию. «Все великие эпохи человеческого прогресса, ─ писал Л.Г.Морган, ─ более или менее прямо совпадают с эпохами расширения источников существования».
Проблема критериев выделения исторических состояний и признаков для их типизации. Две приведённые для примера и другие попытки продвинуться к научной систематизации и типизации исторических состояний обозначили проблему критериев выделения исторических состояний как качественно особенных в историческом развитии, а также и проблему выделения признаков для типизации исторических состояний. К.Маркс предложил в качестве критерия способ производства, Л.Г.Морган ─ расширение источников существования. Научное обоснование критериев выделения исторических состояний и признаков их типизации, по-видимому, ещё впереди. Сейчас можно лишь предположить, что при обосновании таких критериев и признаков придётся в должной мере учитывать и особенности состояния общества, и особенности состояния и действия социальных сил.
Впредь до выработки общей теории исторических состояний надлежит, как представляется, продвигать их систематизацию и типизацию в режиме гипотез, сохраняя готовность перестроить выводы на более прочной теоретической основе.
Гуманистические и антигуманные направленность и способы развития как критерий классификации исторических состояний и типизации обществ. Принципиальные различия направленности и способов развития фиксируются категорий «русла истории» (См. Русла истории; Гуманизм и антигуманизм). Вполне научно обоснованно можно выделить три типа обществ:
─ общества (народы), движущиеся в руле гуманистического развития. Таковы народы, ориентирующиеся на гуманную перспективу и использующие в своей практике гуманные способы действий. В полной мере этим критериям отвечает история (состояние) народов, вступивших на путь социалистического развития или построивших социалистическое общество (См. Социализм);
─ общества (народы), историческое движение которых можно обозначить как условно гуманистическое. Таковы народы, в принципе приверженные гуманистической перспективе, но практикующие отношения господства и подчинения, эксплуатации и угнетения. Вопреки их абстрактной приверженности гуманистической перспективе их реальная историческая практика формирует тенденцию к антигуманной перспективе. Тем не менее при демократических режимах власти сохраняется шанс вызревания социальных сил, способных переломить тенденцию развития и повернуть историю народа в реально гуманистическое русло;
─ общества (народы), движущиеся в руле антигуманного развития. Таковы народы, ориентирующиеся на антигуманную перспективу и использующие в своей практике антигуманные способы действий. Этим критериям отвечает история (состояние) народов в тоталитарных обществах (См. Тоталитаризм; Фашизм). По меркам гуманизма, состояние таких народов правомерно считать историческим тупиком (См. Тупик исторический). У таких народов нет гуманистической перспективы. Возвращение (переход) в русло гуманистического развития крайне затруднено бессубъектностью подавляющего большинства народа (См. Бессубъектность; Революции антитоталитарные).
Устойчивость (социальная устойчивость) как критерий классификации исторических состояний и типизации обществ. Социальную устойчивость правомерно трактовать как признак жизнеспособности общественного устройства и субъектных взаимодействий в данном обществе. Жизнеспособность означает обеспечение воспроизводимости и развития бытия народа.
По критерию устойчивости могут быть выделены:
─ социально устойчивые исторические состояния;
─ социально неустойчивые исторические состояния.
Устойчивые исторические состояния ─ такие состояния в истории народов, при которых общественное устройство остаётся качественно неизменным в течение длительного времени и при этом имеется необходимое и достаточное пространство для субъектной деятельности.
Неустойчивые исторические состояния ─ такие состояния в истории народов, при которых утрачена жизнеспособность общественного устройства из-за отсутствия необходимых и достаточных реальных возможностей субъектной деятельности.
Устойчивые исторические состояния можно именовать общественными формациями. Особенностью формации является устойчивое воспроизведение качественного своеобразия общества (бытия народа) при сохранении его целостности и способности к развитию.
Использование термина, введённого К.Марксом, не означает обязательного и некритического согласия с отождествлением формаций со способами производства. При научном обустройстве категории «общественная формация» может проявиться необходимость привлечения и иных сущностных и содержательных характеристик. Например, при выработке научно глубокого понимания общественной формации никак нельзя будет обойтись без характеристик социально-субъектной деятельности. Но уже теперь можно зафиксировать понимание общественных формаций как социально устойчивых исторических состояний.
К социально неустойчивым историческим состояниям могут быть отнесены состояния, при которых общественная формация утрачивает устойчивость или которые возникают в процессе перехода от одной формации к другой.
Кризисные исторические состояния ─ такие состояния бытия народа, при которых исторически устойчивое состояние (общественная формация) начинает терять устойчивость. Вероятность утраты устойчивости связана с обострением внутренних противоречий до такой степени, что сложившиеся способы и формы существования, бытия народа не могут более обеспечивать устойчивость качественных характеристик данной общественной формации. Кризисное состояние означает актуализацию вариантности движения, объективную необходимость появления нового доминирующего способа движения и (или) нового устойчивого вектора движения (См. Вариантность; Вариантность будущего; Вектор движения (в обществе)).
Подчеркнём, что о кризисных исторических состояниях уместно говорить лишь применительно к состоянию общественной системы в целом. Полным синонимом понятия «кризисное историческое состояние» является понятие «системный кризис». Системный кризис ─ кризис устройства жизни народа (общественного устройства) как целостности. (См. Кризис системный). Понятие «системный кризис» стало широко использоваться в конце 20 века, когда в моду вошла системная методология (См. Методология системная). Этим понятием стали обозначаться те исторические состояния, которые, по крайней мере, до середины XX в., обозначались как революционная ситуация (См. Революционная ситуация).
Кризисные состояния могут испытывать и испытывают отдельные блоки, сектора, сегменты бытия народа (хозяйство, культура, мораль, политика и др.) или отдельные процессы (например, энергоснабжение; разбалансированность производства; избыточная бедность; социальная дезинтеграция или социальная сегрегация части населения и т.д.). Ко всем подобным кризисам понятие «кризисное историческое состояние» неприменимо. Подобные кризисы преодолеваются общественной системой на базе сложившегося общественного устройства. Успешность преодоления подобных (внутрисистемных) кризисов служит признаком устойчивости общественной системы (общественной формации).
Научно глубокое описание кризисных исторических состояний предполагает анализ бытия народа в данный конкретно-исторический период в нескольких отношениях:
─ требуется отчётливо указать основное противоречие общественной формации, к которой относится данное общество, и уяснить степень развитости формационных характеристик в данном обществе (См. Основное противоречие общества);
─ требуется оценить степень обострения основного противоречия и сопряжённых с ним противоречий, свойственных общественной формации, присущей данному обществу. Для этого, как минимум, необходимо:
а) проанализировать состояние властвующих социальных сил со стороны их способности осознать суть кризиса и способности выработать и осуществить меры по модернизации сложившихся общественных порядков для преодоления кризиса (для укрепления устойчивости общественной системы);
б) проанализировать состояние оппозиционных сил со стороны их способности осознать суть кризиса и активизировать потенциал народного недовольства, а также ─ и это не менее важно! ─ со стороны их способности выработать конструктивную программу революционных преобразований, созидания новой общественной формации.
─ требуется оценить возможные способы выхода из кризиса, то есть реально вероятные направления перемен и степень ослабления или разрешения противоречий, определяющих суть кризисного исторического состояния.
Деформации как особенный тип кризисных исторических состояний. Особенность деформаций общественной системы как типа общества выражается (фиксируется, проявляется) в сравнении с формацией как исторически жизнеспособным состоянием общества (См. Формация общественно-экономическая). Причина возникновения и существования деформации общественной системы ─ в столь существенной нарушенности общественного устройства, что она существенно искажает и ограничивает (деформирует) историческое развитие общества. Не исключено, что в некоторых специфических исторических обстоятельствах деформированность общественной системы может стать фактором выживания общества, преодоления трудной полосы исторического развития. Но как правило, деформированность общественной системы означает его перманентное (непрерывное) кризисное состояние, историческую неполноценность, в конечном счёте ─ историческую нежизнеспособность.
Содержательные характеристики деформированного типа общества могут быть найдены, если исходить из фундаментальных характеристик общества (См. Общество) и типичных его нормальных состояний (общественных формаций) (См. Формация общественно-экономическая). Здесь в первую очередь выделяются структурированность общества, факторы устойчивости его социальной структуры, факторы обеспечения социальной динамики (См. Структура социальная; Безопасность социальная (устойчивость, стабильность); Общественное развитие). Каждый из этих атрибутов общественного устройства или их нормальное взаимодействие могут оказаться существенно нарушенными. Например, может быть подорвана способность социальной структуры самовоспроизводиться, так что её воспроизведение оказывается не внутренне присущей ей, а относительно внешней для неё функцией (при такой деформации наблюдается узурпация власти вплоть до тоталитаризма). Могут быть деформированы направленность развития, социально допустимые способы достижения общественных целей.
Теория деформаций общественной системы всё ещё не разработана. Существенным тормозом её разработки является слабая разработанность теории общества и теории типов устойчивых состояний общества (теории общественных формаций). В то же время в научный оборот вовлечён немалый фактический материал, касающийся деформаций общественных систем. (См. Деформации социализма; Деформаций и перерождений социализма теория; Тоталитаризм; Фашизм; Узурпация; Диктатура; Деградация социальная).
Переходные исторические состояния. Переходные исторические состояния закономерно возникают при переходах от одной общественной формации к другой и даже при переходе от одной фазы к другой фазе одной и той же формации. Переходные исторические состояния относятся к классу неустойчивых общественных состояний. Они качественно отличаются от других типов неустойчивых состояний ─ от системных кризисов (революционных ситуаций) и от деформаций.
При революционной ситуации и при деформации общественной системы внутренние противоречия обостряются до ощутимой степени, в обществе осознаётся необходимость существенных перемен, складываются предпосылки возникновения и активизации социальных сил, ориентированных на существенные перемены. Но сами перемены ещё не происходят. В отличие от этого, переходные состояния ─ это как раз те состояния, когда социальные силы, выступающие за перемены, активно действуют и перемены реально происходят. Внутренние противоречия общества из фазы обострения продвигаются в фазу разрешения. В кризисных состояниях необходимость исторического выбора нового варианта будущего обозначается и осознаётся, а в переходных состояниях ─ реально осуществляется попытка этот исторический выбор совершить (См. Переходный период; Революционная ситуация).
Переходные состояния существенно различаются в зависимости от следующих обстоятельств:
─ какие социальные силы осуществляют переход, доминируют в обществе в переходный период;
─ (и это связано с предыдущим) какими способами осуществляется переход.
Переход могут осуществлять социальные силы, находящиеся у власти, и они же могут доминировать в переходный период. В таком случае способами перехода бывают обычно «реформы сверху», или реформы-модер-низации, а способ перехода называется эволюцией (См. Эволюция).
Но переход могут осуществлять и социальные силы, не допущенные к власти (оппозиционные социальные силы). В таком случае переходное историческое состояние реально начинается с перемены типа политической власти (с политической революции) (См. Революция). Новая (революционная) власть осуществляет перемены в общественном устройстве и тем самым ─ переход от прежнего исторического состояния, переставшего быть устойчивым, к новому устойчивому историческому состоянию (См. Переходный период). Способом осуществления перехода в этом случае бывают революционные реформы (См. Реформы революционные).
Возможны и реально случаются такие переходные состояния, когда переход начинают одни социальные силы, а завершают другие. Например, силы, стоящие у власти начинают «реформы сверху», но в ходе реформ доминирование переходит к оппозиционным силам, которые меняют и тип власти, и способы осуществления реформ, и даже саму направленность перехода. Начавшись как эволюция, переход перерастает в революцию, а переходное состояние из эволюционного превращается в революционное. Подобным образом сложился переход от тоталитаризма к периферийно-зависимому капитализму в России в 1980-е ─1990-е годы (См. Перестройка; Революция четвёртая русская 1989-1991 г.г.). В начале 20 в. в Российской империи переход начался в 1917 г. как буржуазная революция, а с конца 1917 г. продолжился как социалистическая революция (См. Революция Февральская 1917 г. в России; Революция Великая Октябрьская социалистическая).
Переходные исторические состояния при «цветных» революциях и в зависимых странах. Переходные исторические состояния, которые осуществляются внешними для данного общества социальными силами или при их доминировании, правомерно выделять как особый тип. Такие переходные исторические состояния складываются в результате так называемых «цветных» революций или как реформы «сверху» в зависимых странах (См. Цветная революция (цветные революции); Зависимая страна).
Цветные революции ─ тип социальных революций, отличительной особенностью которых является доминирующее влияние внешних геополитических сил. Внешние геополитические влияния могут исходить как от демократических, так и от антидемократических и нацистских сил. Схема действия извне, внешнего влияния и стремления к доминированию тех и других — схожа.
Результатом цветных революций, как показывает их опыт конца 20 ─ начала 21 века, оказывается губительный перевес разрушительных процессов над созидательными. Предстоит научно выяснить, почему прогрессорские внешние программы-рекомендации, декларирующие вроде бы исключительно добрые намерения, приводят к деструктивным результатам. В итоге цветных революций не складываются качественно новые жизнеспособные политические и хозяйственные устройства. Это продемонстрировали опыт четвёртой русской революции, опыт украинской оранжевой революции, а также опыт цветных революций «арабской весны».
Свойство цветных революций порождать бурные общественные события и смену властей и не порождать в итоге новые жизнеспособные общественные порядки означает, что претензии цветных революций на преодоление глубинных причин системных общественных кризисов — необоснованны и беспредметны. Траектория исторического движения при цветных революциях оказывается историческим зигзагом, «бегом на месте» (См. Зигзаг истории). Цветная революция приводит страну, в которой она произошла, к потере времени, к отставанию в развитии.
Внешне иначе, чем при цветных революциях, выглядят протекание перехода и переходное историческое состояние при эволюционных «реформах сверху» в зависимых странах. Существенное вмешательство или доминирование внешних геополитических сил выглядит здесь как прогрессорство (См. Прогрессорство), как цивилизаторская миссия (См. Цивилизаторской миссии колониализма теория), как братская интернациональная помощь (См. Лагерь социалистический). Такого исторического зигзага, как в результате цветных революций, не наблюдается. Но задержка в развитии, существенные затруднения в развитии налицо во всех зависимых странах. «Реформы сверху» по чужим рекомендациям и проектам порождают переходные состояния, которым свойственны особенности деформированного развития (См. Деформация общественной системы).
Исторические состояния при попятных движениях общества. Не всякая попытка осуществить исторический переход заканчивается успешно. Бывает (и нередко), что революция опрокидывается контрреволюцией, «реформы сверху» ─ «контрреформами сверху» (См. Контрреволюция; Контрреформы). Случается и так, что переходный период заканчивается безуспешно, то есть страна не обретает качественно новых жизнеспособных порядков и качественно нового устойчивого исторического состояния. Во всех подобных случаях происходит попятное движение общества.
Особенностью исторических состояний при попятных движениях является воспроизведение (целенаправленное восстановление или стихийный возврат) старых по существу порядков (то есть дореволюционных или дореформенных порядков). Разумеется, это воспроизведение является по-своему творческим. Оно испытывает влияние попыток осуществить переход и того общественного подъёма, который сопутствовал этим попыткам. Старое возвращается под новыми «брэндами», переодевается в исторические одежды не старомодного, а новомодного покроя.
Исторические состояния при попятных движениях носят несколько разный характер при схожей сущности и схожем содержании. Некоторые из таких состояний типизированы (См. Реакция; Реставрация; Перерождение общественной системы). Другие пока не типизированы (См. «Сталинская эпоха»).
Исторические состояния при войнах и иных чрезвычайных условиях развития. При чрезвычайных условиях развития исторические состояния складываются иначе, чем при нормальных условиях. Самая распространённая причина чрезвычайных условий и чрезвычайных исторических состояний ─ война, меняющая способы и образ жизни народных масс (См. Война; Гражданская война; Оккупация; Иго). Другие причины ─ природные катастрофы, меняющая способы и образ жизни народных масс.
Исторические состояния, складывающиеся в результате преодоления чрезвычайных условий развития, представляют собою ещё один тип исторических состояний (См. Послевоенный период).
Литература. Томас Карлейль. Французская революция. История. ─ М.: «Мысль». 1991. 575 с.; Ракитский Б.В., Ракитская Г.Я. Идеология перестройки в свете стратегии и тактики социальной революции в обществах современного советского типа (научный анализ). 121 с. Доклад официально передан в ЦК КПСС 31 августа 1987 г. Впервые напечатан в книге: Ракитская Г.Я. Основные труды. Том 6. Политика. Гражданское и профсоюзное строительство. ─ М.: Школа трудовой демократии имени Г.Я.Ракитской, ПРОБЕЛ-2000. Стр. 27-134.; Б.В.Ракитский, Г.Я.Ракитская. Стратегия и тактика перестройки. ─ М.: Изд. «Наука». 1990. 128 с.; Ракитский Б.В. Основы теории переходного периода. — В кн.: “Через тернии”. М.: “Прогресс” 1990. Стр. 262-291; Ракитский Б.В. Тоталитарная контрреволюция конца 1920-х - начала 1930-х годов в СССР (основные положения доклада) на Международной научной конференции “1917 - 2007: идеи революции и опыт истории” Москва 9-10 июля 2007. – М.: Школа трудовой демократии. 2007. 11 с.
ИСТОРИЧЕСКИЙ ИДЕАЛИЗМ И ИСТОРИЧЕСКИЙ МАТЕРИАЛИЗМ ─ два принципиально разных, не совместимых друг с другом понимания истории (См. История).
Термин «понимание истории» охватывает комплекс мировоззренческих представлений, методологических подходов и теоретических разработок, системно (целостно) трактующих проблемы происхождения человечества, его исторического прошлого и настоящего, а также перспективы человечества.
Понимание истории с идеалистических мировоззренческих позиций включает в себя следующие основные положения:
─ человек (и человечество) появились в результате Божественного творения;
─ закономерности бытия и развития человечества предопределены «высшими силами», внешними по отношению к человечеству (боги; единый Бог, высший разум, абсолютный дух и т.п.);
─ движущая сила бытия человечества (его истории) ─ Божья воля (или же предначертания иных внешних «высших сил»). В этой связи камнем преткновения (трудноразрешимым вопросом) для исторического идеализма является вопрос о свободе воли человека и иных субъектов человечества;
─ реальная история человечества есть осуществление Божественного плана или закономерностей развития, вменённых человечеству «высшими силами». Деятельности разнообразных реальных субъектов надлежит сообразовываться с этими «высшими» планами и закономерностями, быть их практическим осуществлением;
─ перспективы человечества предустановлены также Богом или иными «высшими силами», внешними по отношению к человечеству.
В современных условиях, дабы не поминать Господа по каждому жизненному поводу, «по умолчанию» считается, что жизнь и история свершаются по вечным «естественным законам». При этом происхождение «естественных законов» не проясняется, но предполагается, что они даны человечеству «сверху», существуют «от веку» и не подлежат изменениям по воле людей или общества. Как примеры проявления «естественных законов» воспринимаются нормы «естественного права», одна на всех абстрактная справедливость, законы рынка и т.д. (См. Естественного права доктрина; Справедливое; Справедливость (как идеал))
Понимание истории с материалистических мировоззренческих позиций включает в себя следующие основные положения:
─ Божественное сотворение человека (человечества) исключается из числа возможных вариантов происхождения человека (человечества). Научно доказанных вариантов происхождения человека (человечества) пока нет. Но наиболее вероятным представляется возникновение человека (и человечества) из «естественного коллектива» ─ из родоплеменной общины (орды, стаи) (См. Человечество);
─ закономерности бытия и развития человечества порождены самим человечеством, его историей, то есть являются результатом саморазвития человечества. Полностью исключается не только предопределение, но и какое либо вмешательство и влияние на человеческую историю и на жизнедеятельность людей «высших сил», внешних по отношению к человечеству (боги; единый Бог, высший разум, абсолютный дух и т.п.). Наличие самих подобных сил отрицается;
─ движущая сила бытия человечества (его истории) ─ субъектные взаимодействия людей. Люди как личности являются демиургами (творцами, созидателями) истории человечества. Исторический материализм утверждает, что народ сам творит свою историю (См. Человек; Общество);
─ реальная история человечества осуществляется как субъектное взаимодействие множества субъектов в ходе практической деятельности и одновременно как накопление обществом и передача новым поколениям результатов практики человечества (опыта, знаний, материальных результатов преобразовательной деятельности) (См. Практика человечества; Практика человечества материальная; Человек; Общество);
─ человечество свободно в формировании собственных исторических перспектив. Будущее и абстрактно, и реально вариантно. Выбор варианта будущего для исторической реализации (и одновременно отвержение иных вариантов будущего) есть конкретно-исторический процесс взаимодействия социально-политических сил (См. Силы социальные (социально-политические, политические); Будущее; Вариантность (применительно к обществу); Перспектива (в обществе)).
Имеют место попытки отчасти соединить историко-идеалистические и историко-материалистические мировоззренческие подходы. К примеру, деизм признаёт сотворение мира богом как безличным началом, сообщившим (придавшим) сотворённому миру законы его устройства и движения (См. Деизм). В этом деизм сходен с идеализмом (См. Идеализм). Но, в отличие от многих религий, деизм отрицает идею личного бога и его повседневного вмешательства в жизнь природы, общества и человека. То есть после первоначального устройства мира его законы действуют самостоятельно, без участия творца. Это совсем близко (а практически – совпадает) с представлениями материалистов о способности мира к самодвижению (См. Материализм). Исторически деизм как компромиссное мировоззрение был удобным способом «отделаться от религии» (особенно для естествоиспытателей). Но в комромиссности деизма заключается и его ограниченность, его непригодность быть мировоззренческой основой последовательной деятельности, особенно радикальной.
Очерченные основы исторического идеализма и исторического материализма позволяют распознавать и классифицировать мировоззрения по их коренным признакам. Эти основы присущи, с одной стороны, разнообразным историко-идеалистическим учениям, а, с другой, ─ разнообразным историко-материалистическим учениям (См. Исторический идеализм; Исторический материализм).
ИСТОРИЯ. Применительно к человечеству историей называются:
1) реальный процесс бытия человечества в целом и составляющих его народов (См. История как реальный процесс бытия человечества).
2) наука, изучающая этот процесс во всей его конкретности и многообразии (См. История как наука).
ИСТОРИЯ КАК РЕАЛЬНЫЙ ПРОЦЕСС БЫТИЯ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА. Реальный процесс бытия человечества включает в себя свершившееся прошлое, происходящее (свершающееся) настоящее и формирующееся и предстоящее будущее. Из этих трёх временных состояний собственно историей обычно считается прошлое (о нём говорится как об «ушедшем в историю», «ставшем историей»). Настоящее ─ ныне свершающееся ─ считается современностью, а будущее ─ перспективой, или исторической перспективой (См. Будущее; Настоящее; Прошлое).
Реальная история развёртывается по законам бытия человечества. Человечество от природы располагает способностями биологического приспособления к окружающей природной среде. Но в дополнение к этому человечество постепенно обретает и культивирует уникальный ресурс ─ познавать природу, её свойства и особенности, представлять природу частично изменённой и целенаправленно активно изменять окружающую среду обитания.
Свойственный человечеству порядок (механизм) реального исторического действия состоит в осуществлении двуединого процесса. Во-первых, субъекты (люди, личности), действуя поодиночке и совместно (скооперированно) открывают (творят) способы преобразования окружающей среды, защиты от опасностей, приумножения средств существования. Эта субъектная деятельность (действия и взаимодействия людей) представляет собою череду конкретных событий (как повторяющихся, так и неповторимых). Во-вторых, общественная форма бытия позволяет сохранять и закреплять (в виде знаний и опыта) то, что создано, придумано, испробовано в ходе субъектной деятельности, а кроме того ─ способствовать передаче этого накопленного запаса знаний и опыта следующим поколениям. Субъектно-личностная деятельность и общество как способ накопления и воспроизведения знаний и опыта представляют собою целостность, единство, применительно к которому неуместно задаваться вопросом, какая из сторон (ипостасей) является первичной, а какая ─ вторичной, какая ─ причиной, а какая ─ следствием. Применительно к истории бытия человечества как к целостному процессу обе стороны оказываются причиной и следствием. Установить причинно-следственную зависимость между субъектным действием и общественными факторами можно только в рамках рассмотрения конкретных событий, конкретных ситуаций и конкретных процессов.
Закономерностью реальной истории является множественность субъектов исторического действия (множественность движущих сил), а вследствие этого ─ и множественность вариантов возможного развития (движения). Будущее, настоящее и (в определённом смысле) прошлое являются закономерно вариантными (См. Вариантность (применительно с обществу); Вариантность будущего; Будущее; Настоящее; Прошлое).
Свойственные истории закономерности представляют собою сущностные взаимосвязи субъектных взаимодействий. Основным законом истории является соотношение движущих сил (См. Соотношение движущих сил).
История человечества свершается как история составляющих его народов, но при этом включает в себя и историю международных отношений.
История каждого народа является непрерывным процессом, в рамках которого могут быть выделены качественно особенные исторические состояния (См. Исторические состояния).
Как реальный процесс бытия история каждого из народов содержит в себе факторы, формирующие направленность развития и иные тенденции, определяющие вероятную историческую перспективу. В этой связи принято различать гуманистическое русло истории и антигуманное русло истории (См. Гуманизм и антигуманизм).